Содержание

Установление в туркестане колониальной советской власти. Движение борцов за свободу
I. Февральская революция 1917г. и ее влияние на революционные движения в Туркестане
II. Октябрьский переворот и установление в Туркестане советской колониальной власти. Борьба за создание "Туркестанской автономии"
III. Начало борьбы за свободу движение “истиклолчилар харакати”
IV. Ликвидация хивинского ханства и бухарского эмирата
Вопросы

Установление в туркестане колониальной советской власти. Движение борцов за свободу

План.
1. Февральская революция 1917 г. и ее влияние на революционные движения в Туркестане:
ключевые слова: - начало революционного движения, политическая активность местного населения, “Шурои Исламия”, “Шурои уламо" деятельность других политических партий, идея национальной независимости.
. Октябрьский переворот и установление в Туркестане советской колониальной власти. Борьба за создание “Туркестанской Автономии”:
ключевые слова: - государственный переворот в Петрограде, октябрьский переворот в Ташкенте, объявление свобод и их сущность, 3-й Краевой мусульманский съезд, съезд представителей городских самоуправлений, 3-й Краевой съезд советов, Совет Народных Комиссаров, последствия установления советской власти, 4-й чрезвычайный съезд мусульман, “Туркестанская Автономия”, ее состав, реакция других партий и общественных движений, ташкентские события, свержение “Туркестанской Автономии”, кокандские события.
. Начало борьбы за свободу. Движение “Истиклолчилар харакати”:
ключевые слова: - продразверстка, насилие над частной собственностью, начало движения “Истклолчилар харакати”, его руководители, Мадаминбек, Шермухаммадбек, Эргаш курбаши, противоречия между ними, отрицательные явления, поражение движения “Истиклолчилар харакати”.
. Ликвидация Хивинского ханства и Бухарского эмирата:
ключевые слова: - младохивинцы и младобухарцы, национально-освободительное движение, их лидеры, Инвер-паша, джадиды, установление советской власти и ее последствия.

I. Февральская революция 1917г. и ее влияние на революционные движения в Туркестане

28 февраля 1917г. в Петрограде победила буржуазно-демократическая революция. По соглашению между Временным комитетом Государственной Думы и эсеро-меньшевистскими лидерами Исполнительного комитета Петроградского Совета, 2 марта 1917г. было образовано Временное Правительство.
В первые же дни после февральской революции по всей России стали возникать советы рабочих и солдатских депутатов как органы демократической власти пролетариата. Эти самые советы впоследствии сыграли трагическую роль в жизни Туркестана.
После февральской революции в России начинается новый этап в истории борьбы народов Туркестана за национальную независимость. Весь народ Туркестана встретил революцию с огромной радостью, хотя Туркестанская администрация всячески старалась приостановить информацию о петроградских событиях.
Самыми прогрессивными силами в этот период были туркестанские джадиды. Они, в свою очередь, встретили Февральскую революцию как факт свержения царского режима, установления подлинно народной формы правления, завоевания независимости народами, которые страдали от колониального гнета.
Сами идеи февральской революции о свободе, равенстве, о праве наций на самоопределение оказали решающее влияние на дальнейшее развитие политико-правовых взглядов и активизацию деятельности политических сил туркестанского общества и способствовали росту национального самосознания. В процессе “февральского обновления” создаются многочисленные (в том числе и национальные) политические организации и движения.
С первых же дней после февральской революции остро стал вопрос о Краевой власти. Хотя в Петрограде было свергнуто царское правительство, в Туркестане власть находилась в руках тех же царских чиновников, которые управляли Туркестаном до сих пор.
Борьбу краевых политических сил за создание нового, демократического государственной устройства Туркестана можно условно разделить на три этапа. На первый этап (март-апрель 1917г.) приходится политическое пробуждение Туркестана. Под влиянием петроградских событий идет активный процесс формирования новых властных структур: а) повсеместно создаются советы рабочих и солдатских депутатов (органы власти вооруженного народа), в их составе были представители преимущественно европейского населения; б) параллельно им создаются Исполнительные Комитеты общественных организаций (более широкие по национальному и социальному составу), выступающие как объединители всех демократических сил и претендендующие на роль местных органов Временного Правительства.6 марта по инициативе ташкентской Городской думы было созвано собрание представителей общественных организаций, которое избрало Ташкентский временный исполнительный комитет в количестве 19 членов. В него вошли представители буржуазии, местной интеллигенции и чиновники. В то же время сохранялся царский управленческий аппарат во главе с генерал-губернатором генералом Куропаткином; в) на март - апрель 1917г. приходится политическое пробуждение мусульманского края, становление национально-демократических сил, ядром которых были туркестанские джадиды, которым удалось сделать важнейшие шаги по пробуждению в сознании народа потребности в сплочении, укреплении национального единства.
После февральской революции теоретическая и практическая деятельность туркестанских джадидов становится смелой, целенаправленной, организованной и приобретает открыто выраженный политический характер. В организационном плане лидерами были ташкентские джадиды, по инициативе которых 6 и 9-13 марта 1917г. были проведены многотысячные собрания жителей “старого” города. На этих собраниях, преодолев серьёзные разногласия, им удалось выдвинуть Ташкентский Исполком единых делегатов от всего мусульманского населения. Этими собраниями был избран расширенный представительный орган (около 60 чел.) от всех частей города - “Шурои Исламия”. В отличие от советов рабочих и солдатских депутатов, объединяющих европейское население города, “Шурои Исламия" мыслился как совет депутатов коренного населения, исповедующих ислам. На заседании, которое прошло 14 марта 1917 г. был избран президиум “Шурои Исламия" в составе 15 человек. В него вошли такие люди, как А. Фитрат, Мунаввар Кари Абдурашидханов, Убайдулла Ходжаев и другие.
марта на объединенном собрании Ташкентского совета рабочих и солдатских депутатов, совета мусульманских депутатов, совета крестьянских депутатов и Ташкентского исполкома многие депутаты высказывались за смещение всей царской администрации во главе с генералом Куропаткиным. На собрании приводились факты провокационной деятельности Куропаткина, рассчитанной на разжигание национальной вражды. Собрание единогласно постановило: немедленно отстранить генерал - губернатора, его помощника и начальника штаба от занимаемых ими должностей и подвергнуть их домашнему аресту. Здесь же были избраны исполняющий обязанности командующего войсками и начальник штаба. Было принято решение об отделении управления гражданской части края от военной, с возложением управления гражданскими делами на трех комиссаров Ташкентского исполкома.
После смещения Куропаткина Временное правительство 7 апреля 1917 г. образовало Туркестанский комитет в составе 9 членов во главе с кадетом Щепкиным. Комитет осуществлял власть Временного правительства в пределах Туркестанского края, а также Хивы и Бухары. Первый состав Туркестанского Комитета Временного правительства, в который вошли и представители местных народностей, такие как Букейханов, Танышпаев, Максудов и Давтелшин, был слабым с политической точки зрения, плохо знавшим местные условия, и поэтому он не смог оказать влияние на развитие событий в крае. По существу смена Туркестанского генерал-губернатора Туркестанским комитетом была сменой вывески, при сохранении прежней сути, что вскоре привело к противостоянию между Туркестанским комитетом и местными общественными силами.
Политические и общественные организации Туркестана сразу же выступили с поддержкой Временного правительства, и их представители вошли в состав его Туркестанского комитета. Они призывали местное население повиноваться и поддерживать новое правительство и его мероприятия. Так, в воззвании “Шурои исламия" от 25 марта 1917 г. к мусульманам говорилось: “От падения русского царя не произошло никакого вреда, так как на его месте работает народное правительство. Что касается народного правительства, то это справедливое правительство, смотрящее на всех одинаково. Поэтому не говорите о новом правительстве несоответствующих слов”. А во “Временном уставе” “Шурои исламия”, опубликованном в газете “Наджат" 28 апреля 1917г., в числе задач этой организации указывается: “Призывать народ оказывать содействие в политике нового правительства”.
По инициативе туркестанских джадидов в марте-апреле в разных городах Туркестана создаются общественно - политические и религиозные организации: в Ташкенте - как было сказано, “Шурои Исламия" (Совет ислама); в Андижане - “ Озод халк” (Свободный народ), “Хуррият” (Свобода), “Маърифат" (Знание) и др.; в Самарканде - “Мунаввджул ислам" (Развитие ислама); в Катта - Кургане - “Равнакул ислам" (Развитие ислама) и т.д. В апреле 1917 г. отделения “Шурои ИслАмия" возникли в Намангане, Самарканде, Коканде, Андижане и других городах.
В задачи, которые ставили перед собой туркестанские джадиды, входила разработка временного устава, определение основных целей и задач на данном этапе, а также работа по сплочению мусульман Туркестана.
После февраля 1917 г. вопрос об автономном устройстве края стал главным в общественно - политической жизни Туркестана. Доминантой настроений туркестанского общества, несмотря на социальные различия, было стремление к ликвидации колониального положения Туркестанского края.
Разрешение вопроса о государственном устройстве Туркестанского края непосредственно зависело от формы управления в самой России, ибо в тот исторический период Туркестанский край был составной частью Российской колониальной империи. И поэтому вопрос о государственном устройстве в России постоянно присутствовал на всех всероссийских и краевых съездах советов и мусульман.
В начале апреля (7-15 апреля) 1917 г. в Ташкенте проходил I-й Туркестанский краевой съезд советов рабочих и солдатских депутатов. В его работе участвовало 263 делегата от 75 советов (преимущественно европейской национальности). В повестке дня съезда стоял вопрос о краевой власти. На съезде было предложено множество вариантов ее организации и ряд делегатов потребовали учесть настроения и стремления мусульман о создании единой власти с европейцами. Большинство делегатов съезда высказались за учреждение в России демократической республики с сильным центральным органом. Тем не менее съезд не высказал своего отношения к таким важным для народов Туркестана вопросам, как автономия края, ликвидация национального неравенства.
Еще в начале 1917 г. по инициативе мусульманской фракции IV Государственной Думы была создана организация “Всероссийское Мусульманское Бюро”, на которое была возложена задача подготовки и созыва Всероссийского Мусульманского съезда в мае 1917г. в г. Москве. Это бюро, в состав которого входил Ахмад Заки Валиди придерживалось взгляда, что Россия должна быть преобразована в Федерацию Республик.
В апреле 1917 г. (с 9 по 16 апреля) в г. Ташкенте проходил съезд делегатов Исполнительных Комитетов Туркестанского края. В работе съезда участвовал 171 делегат от 74 общественных организаций, 99 человек от европейского населения и 72 делегата от мусульманского. На съезде обсуждался вопрос о будущей форме государственного устройства в России. По этому поводу было высказано немало мнений. В работе съезда принимал участие Ахмад Заки Валиди, который специально приехал для этого в Ташкент 4 апреля. Именно он высказал предложение о федеративном устройстве России. Его поддержали делегаты съезда Махмуд Ходжа Бехбуди, Вадим Чайкин, востоковед Лев Зимин и другие. Принятая съездом 10 апреля 1917 г. резолюция признала, что “наиболее соответствующей формой государственного устройства России является установление в России Демократической Республики на принципах широкой автономии отдельных областей государства с предоставлением в отдельных случаях полной федеративности с ограждением прав меньшинства”.
Именно с этого периода еще более радикальными становятся общественно-политическая деятельность и требования шуроистов, на передний план выдвигается идея независимости. Эта идея прозвучала в статьях М.Х. Бехбуди, Н. Якушева, О. Тиркашева, М. Шермухаммедова и др.
Уже на первом Краевом мусульманском съезде (работал в Ташкенте с 16 по 23 апреля), созванном по инициативе “Шурои Исламия”, рассматривался вопрос о национально - территориальной автономии Туркестана. В работе съезда принимали участие 150 делегатов от коренного населения. В центре внимания работы съезда был основной вопрос: “О будущей форме правления в России”. На съезде с докладом “О государственном управлении и его организации" выступил один из идеологов автономистского движения в Туркестане Ахмад Заки Валиди. Он аргументированно старался обосновать идею федерации. Его поддержали М. Бехбуди, Обиджон Махмудов, Мухаммаджон Тынишпаев, Вадим Чайкин. Были, конечно, и противники федерации, которые выступили с предложением оставить формулировку “Демократическая Российская Республика”. Изначально к идее федерации не присоединились Мунаввар Кари и Убайдулла Ходжаев, но затем они изменили свои идейные позиции и перешли на сторону федералистов. После острой дискуссии, развернувшейся на съезде, 17 апреля была принята резолюция, в соответствии с которой высказывалось пожелание о пребывании Туркестана в составе Российской Федеративной Республики, но в качестве отдельной территориальной автономии с предоставлением ей широких прав.
На съезде был сформирован центральной руководящий орган - Центральный совет мусульман Туркестана (Марказий “Шурои Исламия" или Краймуссовет), призванный защищать интересы местного населения. Членами его были избраны Мунаввар Кари, М. Бехбуди, У. Ходжаев, Обиджон Махмудов и другие. В эти же дни А.З. Валиди выезжал в Коканд и Самарканд для организации местных отделов “Шурои Исламия”. С окончанием съезда закончился важнейший этап консолидации туркестанских народов.
На втором этапе политической борьбы на пути к национальной независимости (май-август 1917 г.). вопрос об автономии края стал более активно обсуждаться в мусульманской среде после I-го Всероссийского съезда мусульман, проходившего в Москве I-11 мая 1917г. с участием более чем семисот представителей почти всех политических течений из Азербайджана, Поволжья, Крыма, Туркестана, Бухары, Хивы. На этом съезде А.З. Валиди выступил с докладом “Этническое происхождение российских мусульман и их роль в политической жизни”. Жаркие споры вокруг национально - государственного устройства России разделили участников съезда на две большие группировки: одна из них стояла на принципах централизма и выступала за экстерриториальную культурную автономию мусульман в составе демократической Российской Республики, а другая - за территориальную автономию мусульман в составе Российской Федерации.
В конечном итоге съезд принял решение: “Признать, что формой государственного устройства России, наиболее обеспечивающей интересы мусульманских народностей, является Демократическая Республика на национально - территориальных федеративных началах; причем национальности, не имеющие определенной территории, пользуются национально - культурной автономией”.
На этом съезде за национальное самоопределение и федеративное устройство государства проголосовало 446 делегатов, против - 271. На съезде был избран Центральный совет мусульман России в составе 12 человек. Представителями от Туркестана в состав совета вошли Убайдулла Ходжаев, А.З. Валиди, Абдулхолик Коканбаев (Самарканд), Рахмонберди Камолиддинов (Коканд).
Надо отметить, что столь успешно начавшиеся на первом этапе консолидационные процессы в туркестанском обществе, на втором этапе натолкнулись на серьезные препятствия.
Общественно - политические сдвиги, которые успели произойти в туркестанском регионе, внесли существенные изменения в социальную и политическую расстановку сил. За сравнительно короткий срок, с мая по август 1917 г., в Ташкенте, Коканде, Андижане, Самарканде и других городах и поселках Туркестана были образованы “Советы мусульманских рабочих депутатов”, “Союзы трудящихся мусульман" (Ислом мехнаткашлари), профессиональные союзы. Инициаторами их создания выступили возвратившиеся (около 100 тыс.) туркестанцы, мобилизованные в 1916 г. на тыловые работы. Бывшие поденщики, чернорабочие (мардикеры) во время своей работы на заводах, фабриках, предприятиях России вплотную столкнулись с лозунгами и практикой классовой борьбы и привнесли их в слабо дифференцированное туркестанское общество. Новые политические силы, хотя еще и были слабы, но открыто заявляли о собственных социальных приоритетах и заняли позицию конфронтации по отношению к силам “власть имущих и их духовных наставников”. Это, в свою очередь, вызвало ответную волну со стороны последних, что выразилось в выходе духовенства и их сторонников в июне 1917 г. из “Шурои Исламия" и образовании организации под названием “Шурои Улема" (“Совет духовенства”). Существовали две причины раскола “Шурои Исламия”. I) Одна состояла в противоречиях в вопросе государственного устройства Туркестана. Кадимисты - сторонники консервативного направления, выступавшие против радикальных реформ, видели будущее Туркестана в создании здесь теократического государства, входящего в состав Российской Федерации, но при условии, что все законы должны проходить обсуждение в законодательном органе “Махкама-и-Шария” и соответствовать мусульманскому праву. Во главе этого органа должен был стоять Кази-Калян.2) Другая причина касалась участия женщин в выборах в городскую думу. Улемисты считали, что женщины не должны участовать в выборах в городскую думу, так как по законам шариата им не положено появляется в общественных местах.
После долгих прений по вопросу об участии женщин в выборах “Улемисты" и “Исламисты” пришли к компромиссу: специально для женщин, участвующих в выборах, создаются отдельные кабины, где регистрацию должна проводить женщина, перед которой голосующая открывает лицо. Хотя компромисс и был достигнут по второму вопросу, противоречия по первому вопросу подтолкнули их к обособлению.
К лету 1917 г. более четко выявилась и сущность Туркестанского комитета. Признание комитетом невозможности “введения в Туркестане политической автономии" подорвало веру в его демократичность. Однако лидеры национальной демократии продолжали поддерживать Турккомитет, так как к этому времени остро обозначилась несовместимость позиций Марказий “Шурои Исламия" (Краймуссовет) и совета рабочих и солдатских депутатов, которые стали занимать жестко классовые позиции по всем проблемам общественной жизни края. Их усиливающиеся претензии на власть, игнорирование общенациональных интересов коренных народов отталкивали национальную демократию от советов, усиливали противостояние между ними.
Значительное влияние на идеологию движения за автономию Туркестана оказали решения II Всероссийского мусульманского съезда, прошедшего во второй половине июля 1917 г. в г. Казани. На съезде приняли участие 260 делегатов от всех мусульманских районов России.
Съезд принял нижеследуюшую резолюцию: “Разрешение вопроса о форме правления Туркестаном, Киргизией, Кавказом и Крымом предоставить самому населению этих окраин, а для мусульман внутренней России и Сибири принять широкую национально - культурную автономию. ЭТО ОЗНАЧАЛО ПОЛНОЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ САМООПРЕДЕЛЕНИЕ МУСУЛЬМАНСКИХ НАРОДОВ". Но демократические силы Туркестана не ставили перед собой задачу отделения Туркестана от России.
Еще в начале лета 1917г. туркестанские автономисты осознают необходимость программного обоснования своих целей и задач. Ввиду этого они приступают к выработке модели развития туркестанского общества. ЭТО ПРИВЕЛО К СОСТАВЛЕНИЮ ПРОГРАММЫ ТУРКЕСТАНСКОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ, утверждение которой состоялось на съезде мусульманских организаций края в г. Скобелеве 12-14 июля 1917г.
На съезде было заявлено, что созданная на съезде партия “Турк Одами Марказияти” (Центр Тюркских Народов) требует для Туркестана, Кавказа, Киргизии, Казахстана, Башкирии национально-территориальную автономию, а для татар Поволжья, Крыма и других народов России - культурно-национальную.
Они требовали для субъектов федерации полной самостоятельности в вопросах управления, финансов, шариата, культуры, юстиции и народного образования. Причем каждая автономная республика должна была подразделяется давались на области и уезды, наделенные правами местного самоуправления. В программе даются разъяснения по таким вопросам как: о Туркестанском парламенте, правах европейского населения Туркестана, о земельно-водном вопросе, суде, воинских частях и др.
С усилением противостояния между советами национальной демократией в её движении за расширение прав коренного населения в управлении краем, которому национальная демократия придавала решающее значение, появились новые нюансы. Умеренно - либеральная тактика ее лидеров, их надежды путем убеждения склонить Временное правительство к уступкам решении национальных проблем края уже не отвечали реалиям жизни туркестанского общества. Происходящая в нем поляризация сил показывала неоднозначность их позиций. Организационно оформившиеся к этому времени эти силы (“Шурои Исламия" во главе с Краймуссоветом, “Шурои Улема”, советы мусульманских рабочих депутатов) подходили к проблемам сущности власти, ее целям с позиций своих интересов. Это с очевидностью проявилось в разгоревшейся летом 1917г. предвыборной борьбе за места в городскую думу.
На выборах в Ташкентскую городскую думу (проходили 30 июля 1917г.) было выдвинуто 14 списков от различных партий и общественных объединений, в том числе от коренного населения 3 списка: от “Шурои Улема”, союза строительных рабочих-мусульман и от объединенных мусульманских организаций старого и нового города (последние были представлены в основном “Шурои Исламия”). Итоги выборов принесли победу “Шурои Улема”: из 112 мест она получила 62, социал-демократы - 5, эсеры - 24, “Шурои Исламия" - 11. Всего от коренного населения прошло 74 гласных, а от европейского - 38.
Победа “Улема” на выборах была воспринята демократическими кругами из европейского населения отрицательно, хотя они получили 2/3 мест. Они открыто заявили о политической незрелости основных масс коренного населения, господстве над ними консервативных сил. Все это не лучшим образом повлияло на межнациональных отношения.
Нарастающий межнациональный антагонизм превращал Туркестан в бурлящий котел. Его захлестывали многочисленные конфликты на национальной почве от локального характера (волнения по поводу ущемления политических прав при выборах местных властных структур, социальных прав при распределении продуктов и т.д.) до конфликтов, охватывающих целые регионы края. Незаживающей раной стали кровавые столкновения в Семиречье между русскими крестьянами - переселенцами и киргизами и казахами, возвратившимися после февральской революции из Китая, куда они бежали после подавления восстания 1916 г. Серьезными обострениями в национальном плане грозили в связи с голодом и дороговизной продовольственных товаров участившиеся случаи самочинных обысков и реквизиции товаров местных торговцев со стороны рабочих и солдат.
В условиях полной политической, национальной, социальной нестабильности туркестанского общества, усиливавшихся процессов поляризации его сил идея национальной консолидации, выдвинутая национальной демократией, оказалась под угрозой. И только события в Петрограде в конце лета и осенью 1917г., эхом отозвавшиеся в Туркестане, снова выдвинули на повестку дня проблемы национальной консолидации.
На третий этап (сентябрь-ноябрь 1917г.) приходится самый тяжелейший период отношений между местными демократическими силами, которые стремились к коалиционному правительству, и советами рабочих и солдатских депутатов, которые, не считаясь с реалиями туркестанской жизни, игнорировали интересы местного населения.
Неудавшаяся попытка Верховного главнокомандующего Л.Г. Корнилова совершить военный переворот и свергнуть Временное правительство круто изменила ход революционного процесса в России. Решительные действия большевиков в дни корниловского мятежа подняли их авторитет в рабочей среде как защитников революции. Вновь выдвинутый ими лозунг “Вся власть советам" был подхвачен на всей территории страны. Однако в Туркестане отношение к этому лозунгу даже среди демократических кругов европейского населения было неоднозначным.
Резко отрицательную позицию заняли представительные органы мусульманского населения края. На созванном по инициативе “Шурои Исламия" (Краймуссовет) II Краевом мусульманском съезде (Ташкент, 7-11 сентября 1917г.) национальная демократия впервые твердо заявила о принципиальных основах своей позиции: “Съезд выступает против передачи власти советам рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Власть должна быть коалиционной и опираться на все силы страны, т.е. - всенародной. Мусульмане могут и должны принимать участие в правительстве лишь при условии демократичности его политики; приоритетным для населения Туркестана является право свободного самоопределения народа; Краевой мусульманский совет (Марказий “Шурои Исламия”) является законным общемусульманским органом, действующим от имени всего мусульманского населения и защищающим его интересы”.
Из решений II Краевого мусульманского съезда туркестанские большевики поняли, что в данный момент лозунг “Вся власть советам" не нашел поддержки не только среди демократических кругов европейского населения Туркестана, но и мусульман. Тем не менее они стали настойчиво требовать передачи всей полноты власти советам рабочих и солдатских депутатов.
Решив воспользоваться недовольством масс действиями Турккомитета Временного правительства в борьбе со спекуляцией, продовольственным кризисом, дороговизной, ухудшением жизненных условий, разрухой, большевики выступили зачинщиками митинга, состоявшегося 12 сентября 1917 г. в Ташкенте в Александровском парке, в котором участвовали в основном солдаты I - го и 2 - го сибирских полков, рабочие - железнодорожники и другие. Митинг, начавшийся с обсуждения продовольственных вопросов, приобрел резко политический характер. В принятой митингующими по предложению большевиков резолюции заявлялось о переходе власти к советом. В резолюции, принятой на митинге, предлагалось:
1)	немедленно избрать временный Ревком;
2)	реквизировать у капиталистов, баев и кулаков запасы продовольствия;
3)	национализировать промышленные предприятия и банки;
4)	передать помещичьи земли крестьянам;
5)	установить революционно-рабочий контроль за производством.
В тот же день был избран новый состав Исполнительного комитета Ташкентского совета в составе 36 членов, преимущественно левых эсеров и большевиков. Таким образом, осуществилась программа захвата власти по примеру петроградских большевиков, которая не учитывала особенности края и мнение местного населения. Предприняв попытку реализации революционного плана, ташкентские большевики толкнули солдатские и рабочие массы на захват власти и поставили край перед угрозой гражданской войны.
Сентябрьские события приобрели особенно драматический характер в связи с прибытием в Ташкент посланной Временным правительством карательной экспедиции под командованием генерала П.А. Коровиченко и ответной многодневной всеобщей стачкой рабочих Ташкента, введением военного положения.
Большинство советов края во главе с Краевым советом рабочих и солдатских депутатов выступили с осуждением попытки захвата власти большевиками. Так, в обращении к населению Ферганы Ферганский облсовет и Комиссариат оценили ташкентские события как самочинную попытку небольшой группы лиц навязать свою волю всему краю. Подобные резолюции против Ревкома и Ташсовета вынесли советы Намангана, Коканда, Самарканда, Пишпека, Оша и других городов.
С осуждением большевиков за попытку узурпации власти и оценкой их действий как игнорирования интересов и прав мусульман сразу же после первых дней сентябрьских событий выступили “Шурои Исламия”, “Шурои Улема”, партия тюркских федералистов и другие национальные организации.
Сентябрьские события оказали мощное воздействие на последующий ход событий в Туркестанском крае. После этих событий мусульмане приступили к осуществлению своих устремлений. Тем более, что общий упадок власти способствовал усилению требований автономии для Туркестана. Борьба за туркестанскую автономию активизировала все слои мусульманского населения и стала проходить под лозунгам “Да здравствует Свобода, Справедливость, Равенство!", “Сила в единстве! ”. Эти лозунги говорили о том, что перед опасностью захвата власти большевиками мусульмане и подавляющая часть лидеров национальных организаций осознали необходимость объединительных усилий.
туркестан советская колониальная власть
Итак, автономистское движение вступило в новый этап своего развития. Оно уже имело иные качественные характеристики по сравнению с весной 1917 г. и прежде всего отличалось сознательностью и организованностью его участников. Активизировались консолидационные процессы, в которых все более стала возрастать роль “Шурои Улема”. Весьма важным событием, заложившим организационные основы туркестанской автономии, явился съезд туркестанских и казахских мусульман, состоявшийся 17-20 сентября в Ташкенте по инициативе обществ “Шурои Улема" и “Халоик”. Несмотря на долгие, бурные споры между “улемистами" и “шуроисламистами”, съезду удалось найти компромиссные пути. Для руководства мусульманами всего Туркестана и Казахстана было принято решение создать единую политическую партию под названием “Иттифак ал-Муслимин" (“Союз мусульман”) вместо организаций “Шурои Исламия”, “Турон”, “Шурои Улема" и других.
Главным в работе съезда стал вопрос о будущем политическом устройстве Туркестанского края. В принятой резолюции была выдвинута идея образования территориальной автономной федерации в составе демократической Российской республики. Дав автономии название “Туркестанская федеративная республика”, съезд определил основные принципы и нормы будущего государственного устройства.
Согласно резолюции съезда мусульман, законодательная власть по вопросам внутреннего управления Туркестанской Федерацией и самоуправление ею принадлежат Туркестанскому Парламенту, избираемому на основании всеобщего прямого, равного и тайного голосования сроком на 5 лет, с обязательным пропорциональным представительством в нем всех народностей, населяющих Туркестанский край.
В резолюции было предусмотрено образование особого секретариата, избираемого Туркестанским Парламентом и утверждаемого Правительством Российской Республики. На этот секретариат возлагалась функция фактического управления всеми отраслями Туркестанской Федерации.
Также в резолюции предусматривалось создание высшего судебного органа - СЕНАТА под наименованием “МАХКАМА - И - ШАРИЯ" (Палата Законов), который имел бы право публиковать и разъяснять законы, надзора за точным исполнением общественных законов и требований шариата (в отношении местного населения), надзора за всеми правительственными учреждениями, лицами и правильным исполнением законов всеми судебными учреждениями и лицами. СЕНАТА должен был явиться коллегиальным органом, который состоял бы из председателя и его членов. Председатель СЕНАТА - прокурор, который явился бы высшим блюстителем законов Туркестанской Федерации. Сенаторы должны были избираться населением Республики путем всеобщего, прямого и тайного голосования сроком на 5 лет.
В резолюции имелся также пункт "О представительстве Туркестанской Федеративной Республики в правительстве Российской Республики". Оно по мнению муслиминцев, должно было принимать участие в рассмотрении общегосударственных вопросов.
Муслиминцы также существенное значение придавали вопросу разграничения функций ТУРКЕСТАНСКОЙ ФЕДЕРАТИВНОЙ и РОССИЙСКОЙ РЕСПУБЛИК. По их мнению, Российская Республика должна осуществлять такие функции, как охрана внешних границ в военное время, управление уголовными и гражданскими судами (для граждан России), почтой, телеграфом, ж/дорогой, впредь до того времени, когда Туркестанская Федерация окажется в состоянии принять их в свое ведение, политическими отношениями между Россией и иностранными государствами, делами обороны России. Все остальные вопросы, связанные с социально - экономической, политико - правовой и культурной жизнью Туркестанской Федеративной Республики, должны находиться в ее распоряжении и решаться самостоятельно органами государственной власти, управления и суда.
Таковыми должны были служить: издание законов по вопросам, отнесенным к компетенции Туркестанской Федеративной Республики; создание собственных государственных структур, собственной милиции для несения внутренней службы внутри федерации и своих войск для охраны в мирное время границ федерации с иностранными государствами; свои таможни на границах как с иностранными государствами, так и с Российской Республикой; Казначейство федеративного банка; чеканка монет и выпуск кредитных билетов.
Делегаты съезда, выступая за независимость Туркестана в целом, на передний план выдвигали идею экономической независимости. Они знали, что, не добившись экономической независимости, нельзя обладать свободой в области политики, права, культуры и религии. Для этого, считали они, необходимо объявить земли, ее недра, воды общим достоянием народов Туркестана; передать управление землей, промышленностью, сельским хозяйством, торговлей, строительством в руки туркестанцев; организовать производство необходимых товаров в самом Туркестане; строить заводы и фабрики; осваивать новые земли; развивать торговлю, промышленность, орошаемое земледелие.
На сентябрьском съезде были приняты очень важное решения по вопросу о земле и воде. Отрицательно отреагировав на создание земельных комитетов, образованных для подготовки земельной реформы, “так как они придерживаются линии социализации земель и вод”, съезд решил, что “земли и воды Туркестана должны быть в управлении всенародного собрания”. Необходимо отметить, что этим решением была выражена воля коренного населения Туркестана и к самоопределению на мирных началах, то есть переход власти от Временного правительства в руки автономистов подразумевался не путем революционного переворота, а через реформацию туркестанского общества.
Участники съезда выступали как сторонники равенства всех наций и народностей Туркестана во всех сферах экономической, общественно - политической, правовой и культурной жизни. Особое значение они уделяли защите прав и свобод национальных меньшинств.
Свое отношение к этим важным политическим вопросам определила и партия туркестанских федералистов (“Турк адами марказият федералист фиркаси”) - первая политическая партия мусульман Туркестана. Ее местные организации были созданы летом 1917г. в Фергане, Ташкенте, Маргилане, Андижане и других городах Туркестана. В программе и уставе партии, разработанных лидерами национальной демократии М. Кари, М. Бехбуди, известными юристами, духовными законоведами, глубокое обоснование получила идея создания в Туркестане демократической республики на принципах национально - территориальной автономии в составе Российской демократической республики и с учетом специфики общественной жизни мусульман.
Создание политических партий, принятие ими программных документов свидетельствовало уже о политической зрелости, достигнутой национальным движением в Туркестане.
Основной задачей деятельности политических сил в этот период явилось следующее: прийти к Российскому Учредительному собранию единой, сплоченной группой от Туркестана и остальных восточно-тюркских народов. С Учредительным собранием участники национального движения связывали большие надежды. К сожалению, в этот исторический период этим надеждам не суждено было сбыться.

II. Октябрьский переворот и установление в Туркестане советской колониальной власти. Борьба за создание "Туркестанской автономии"

Общественно - политическая обстановка в Туркестане обострялась с каждым днем. Мусульманские лидеры всех направлений оставались горячими сторонниками Учредительного собрания, с его созывом они связывали достижение автономии, решение будущей судьбы края. Особенно их деятельность активизировалась с получением известия о назначенных на 12 ноября выборах в Учредительное собрание.
Уже тогда определились две тенденции. С одной стороны, серьезная подготовительная работа национал-демократов к выборам в Учредительное собрание, а с другой стороны, - полное игнорирование большевиками автономистических устремлений мусульман и усиленная подготовка к вооруженному восстанию с целью захвата власти.
“Улемисты" нарушили решение созванного по их же инициативе съезда туркестанских и казахских мусульман о необходимости совместного выдвижения кандидатур и 8-11 октября провели в Ташкенте Сырдарьинский областной съезд мусульман, который преимущественно состоял из их сторонников. “Шуроисламистов" на съезде были единицы. В повестку дня были включены два вопроса: составление списка кандидатов в делегаты Учредительного собрания от Сырдарьинской области и выборы двух членов от области в Краевой совет мусульманских депутатов.
Ожесточенный спор, разгоревшийся при обсуждении первого пункта повестки дня, по сути вылился в вопрос о сущности будущего государственного устройства края. Доводы “шуроисламистов" от необходимости добиваться в Учредительном собрании осуществления решений всероссийских съездов мусульман о федеративном и демократическом устройстве России, национальной автономии Туркестана не устраивали сторонников “Шурои Улема”. Их лидер Шер Али Лапин настаивал на признании приоритетности и верховенства в общественном устройстве края законов шариата и проводящих их органов. Съезд поддержал Шер Али Лапина, и ему удалось провести свой список кандидатов.
Между тем, большевики не прекращали своих притязании на захват власти любым путём. Решительные действия автономистов вынудили большевиков осознать, что власть в Туркестане они могут взять только вооруженным путем и именно до начала работы Учредительного собрания.
октября в Туркестане была получена телеграмма о государственном перевороте в Петрограде и решении II - Всероссийского съезда советов о передаче власти советам, образовании Совнаркома во главе с Лениным. Эти известия подтолкнули развитие событий в Ташкенте.
В ночь на 28 октября проводится объединенное заседание Ташсовета с участием представителей солдатских комитетов, промышленных предприятий города, ж/д мастерских и принимает решение о начале вооруженного восстания утром 28 октября. Для руководства восстанием избирается Ревком.
В ту же ночь генерал Коровиченко приказывает разоружить верные большевикам полки, но во время исполнения приказа между войсками Коровиченко и большевиками происходит столкновение, переросшее к утру к военным действиям.
Коровиченко, не получив помощи извне, терял одну позицию за другой. Последний штурм восставших увенчался успехом, и в ночь на 1 ноября пал последний бастион генерала Коровиченко - военная крепость.
ноября 1917 г. Туркестанский Краевой совет известил о победе восстания. Придя к власти, большевики обратились ко всем трудящимся мусульманам России и Востока, заверяя их в том, что “они имеют право на самоопределение и культурные учреждения, объявляются свободными и неприкосновенными”.
Первоначально было принято решение созвать 15 ноября краевой съезд всех демократических организаций для образования краевой власти. Всем организациям было предложено срочно провести свои краевые съезды. Но большевики сорвали эти планы. По их инициативе 15 ноября было решено созвать краевой съезд советов рабочих и солдатских депутатов (вместо обещанного съезда всех демократических организаций).
В этот решительный момент между основными представителями мусульманского населения - “Шурои Улема" и Краймуссоветом (Марказий “Шурои Исламия”) разгорелась борьба. Улемисты, считая возможным участие в работе краевого съезда советов рабочих и солдатских депутатов для выработки своей платформы по формированию краевой власти, объявили созыв “объединенного совещания различных мусульманских групп" на 12 ноября. Члены же Краймуссовета, переехавшие к этому времени в Коканд, выступили против сотрудничества с большевиками. Назначив созыв Всетуркестанского съезда мусульман на 25 ноября, они подчеркнули свою отстраненность от краевого съезда советов рабочих и солдатских депутатов и намерение самостоятельно решать вопрос о власти. Вместе с тем, они отказались и от участия в созываемом улемистами совещании.
Ввиду того, что на совещание собралось большее число участников, чем предполагалось, собравшиеся сочли необходимым придать этому совещанию статус III Краевого мусульманского съезда. В принятой по вопросу “Об организации власти в Туркестане” резолюции было заявлено, что “сосредоточение власти в руках исключительно военных, рабочих и крестьянских организаций, состоящих из небольших групп, случайных и чуждых интересам местного населения людей, не отвечает демократическим принципам и не может гарантировать правильность устроения жизни коренного населения на началах свободного самоопределения народов.
В резолюции также отмечалось:
) мусульмане, составляющие 98 % населения края, имеют все права на самоопределение;
) путь к этому у мусульман самостоятельный, он указывается им Кораном и правилами шариата, поэтому они не могут примкнуть ни к одной из русских политических партий, но будут поддерживать ту власть, которая, опираясь на все народные организации, приведет страну к Учредительному собранию;
) местная власть должна быть организована из представителей мусульман с обеспечением права русского меньшинства сообразно его культурному значению, из русских должны быть включены те, кто стоит ближе к мусульманам;
) власть не может принадлежать только военным, рабочим и крестьянам.
В резолюции предлагалось создание коалиционного правительства - Туркестанского Комитета, в состав которого должны были входить 3 представителя от краевого съезда советов солдатских, рабочих и крестьянских депутатов, 3 - от городских самоуправлений и 6 - от мусульман. При Туркестанском Комитете предполагалось создание Туркестанского Краевого совета, состоящего из 24 членов: 5 - от съезда советов солдатских, рабочих и крестьянских депутатов, 5 - от городских само управлений и 14 - от мусульман. Далее в резолюции говорилось, что в иной организации власти мусульмане участие не примут, они верят в обещание русской революции о самоопределении, но этого они ждут от Учредительного собрания; к вопросу о власти в общероссийском масштабе мусульмане остаются нейтральными; мусульмане не могут признать захват власти одной какой-либо группой, они не примирятся, если в крае будет властвовать только одна революционная демократия.
В такой весьма накаленной обстановке 15 ноября начал работу III Краевой съезд советов рабочих и солдатских депутатов. На следующий день к нему присоединился Краевой съезд советов крестьянских депутатов, и он стал называться Краевым съездом советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. На нем присутствовало 114 делегатов. В повестке дня стояли вопросы организации краевой власти, создания власти на местах, выборов в Учредительное собрание. Съезд отклонил предложение о допущении представителей городских самоуправлений к участию в обсуждении вопросов о краевой власти.
На этом съезде принимала участие делегация от III Краевого съезда мусульман во главе с лидером Шерали Лапиным, который огласил вышеупомянутую резолюцию съезда. Однако предложение III Краевого съезда мусульман об организации коалиционной власти с участием представителей мусульман, советов солдатских, рабочих и крестьянских депутатов и городских самоуправлений было оставлено без внимания.
На съезде Советов рабочих солдатских, и крестьянских депутатов самым острым вопросом был вопрос об организации краевой власти. Впоследствии в принятой “Декларации" говорилось: “Признавая существующую центральную власть и форму её организации, объединенная фракция большевиков и максималистов считает высшим краевым органом Краевой совет рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, который отныне именуется советом Народных Комиссаров Туркестанского края”.
Далее в “Декларации" подчеркивалось: “Включение в настоящее время мусульман в орган высшей краевой революционной власти является неприемлемым как ввиду полной неопределённости отношения туземного населения к власти солдатских, рабочих и крестьянских депутатов, так и ввиду того, что у туземного населения нет пролетарских классовых организаций, представительство которых в органе высшей власти фракция приветствовала бы”.
Съезд избрал Совет Народных Комиссаров Туркестанского края из 15 человек, куда вошли большевики и сочувствовавшие им эсеры-максималисты. Несмотря на то, что многими ораторами на съезде поднимался вопрос о необходимости допущения представителей мусульман к высшим органам власти края, среди членов Совета Народных Комиссаров не было ни одного мусульманина. Кроме того, в документах съезда ни слова не говорилось о предоставлении Туркестану автономии, хотя и этот вопрос поднимался.
В силу состоявшегося соглашения между большевиками и левыми эсерами в составе правительства (Совнарком Туркестанского края) 8 мест было предоставлено левым эсерам и 7 мест - большевикам и максималистам. Председателем СНК был избран большевик Ф.И. Колесов.
Отношение подавляющего большинства демократических сил Туркестана к октябрьским событиям было крайне отрицательным. Это прежде всего связано с политикой большевиков, которая проводилась в первые дни советской власти. Большевики на деле не хотели считаться с национальными интересами, религиозными чувствами, вековыми традициями мусульман Туркестана, не допустив их представителей к краевым органам власти и управления.
Не допущенные к работе III Краевого съезда советов представители городских самоуправлений созывали свой съезд (съезд городских самоуправлений), который работал с 16 ноября по 19 ноября 1917 г. В “Резолюции об организации власти в крае”, принятой съездом, где принимали участие и представители демократических сил коренного населения, говорилось: “Краевой съезд городских самоуправлений самым решительным образом протестует против попыток силой оружия захватить власть, а также против передачи власти только советам солдатских и рабочих депутатов, не отражающим воли большинства населения края".
В “Резолюции” указывалось на необходимость создания коалиционного правительства - Туркестанского комитета из 12 человек, избираемых на краевых съездах: 6 - от съезда мусульман, 3 - от съезда городских самоуправлений и 3 - от съезда общих демократических организаций. Однако это заявление было заблокировано большевиками и левыми эсерами.
Нежелание большевиков считаться с законными и демократическими требованиями представителей коренного населения края, шовинистические и антидемократические решения III Краевого съезда советов об организации краевой власти, насильственное установление советской власти на местах явилось причиной для создания блока сил, не согласных с политикой большевиков и советской власти.
Политика, проводимая советами, являлась серьезной политической ошибкой по национальному вопросу. В этом сказались великодержавные шовинистические настроения среди отдельных руководящих работников Туркестана. Именно такое недоверительное отношение большевиков и левых эсеров вынудило мусульман пойти на разрыв отношений и, не дождавшись Учредительного собрания, ускорить объявление туркестанской автономии, программные документы которой уже были разработаны.
Эти настроения сказались не решениях IV Чрезвычайного Краевого мусульманского съезда, созыв которого был объявлен лидерами национальной демократии еще в первые дни после вооруженного переворота в Ташкенте.
ноября 1917 г. в Коканде, бывшей столице одноименного ханства, в городе, где на 50 000 жителей приходилось 382 мечети, 40 медресе, 6 000 мусульманских священнослужителей и 11 банков, начал свою работу IV Чрезвычайный Краевой мусульманский съезд. На нем присутствовало более 200 делегатов от всех регионов края и многих общественных организаций. Его открытию предшествовала широко развернутая агитационная работа национальной интеллигенции, духовенства и представителей деловых кругов. Приглашения на съезд были разосланы заблаговременно, но затяжная забастовка почтово-телеграфных служащих края привела к тому, что на местах они были получены с опозданием. Это и стало причиной переноса открытия съезда с 25 на 26 ноября. Однако 25 ноября в помещении кокандской штаб-квартиры “Шурои Исламия" состоялось предварительное собрание, где обсуждались, в частности, вопросы о мандатной комиссии, примерный состав президиума, а также повестка съезда, предполагавшая рассмотрение таких проблем:
. Форма управления Туркестанским краем.2. О вступлении в известный “Юго-Восточный союз казачьих войск, горцев Кавказа и вольных народов степей” (ЮВС).3. Выборы исполкома, содержание наказа ему, перевыборы Туркестанского Мусульманского совета.4. Доклады с мест.5. О Туркестанском Учредительном собрании.6. О создании милиции.7. О финансах и др.
ноября 1917 г. в помещении общественного собрания в Коканде в 12 часов дня член Краевого мусульманского совета и член оргбюро съезда, выпускник юридического факультета Петербургского университета Мустафа Чокаев объявил съезд открытым.
На съезде участвовало около 300 делегатов от таких партий и общественных организаций, как “Шурои Исламия”, Шурои Улема”, “Алашарда”, совет воинов-мусульман, Краевой еврейской организации, были также делегаты от туземных евреев и русской общины края.
В самом начале съезда с коротким докладом выступил М. Бехбуди, особо отметив, что “решения съезда будут тем более авторитетными, что на съезде присутствуют представители европейского населения Туркестана”. Он предложил сформировать президиум съезда таким образом, чтобы в него вошли представители от различных немусульманских групп - русских, евреев и т.п. По этому поводу представитель Коканда предложил: “приступить к выборам президиума не по областям и отдельным вероисповедальным и национальным группам, а просто толковых, знающих и работоспособных людей”.
В результате открытого голосования в президиум были избраны: М. Чокаев, Убайдулла Ходжаев, Агаев, Акаев, Гернфельд, А. Махмудов, Шоахмедов, Кишчинбаев, Камаль Казы, Абдулла Бадин, А. Уразаев, Тиллаев, Каримбоев.
На одном из заседаний было принято решение пригласить для участия в работе съезда с правом совещательного голоса ”сведущих людей из европейского населения, в частности, кокандского представителя Украины присяжного поверенного Данишевского”.
В 12 часов ночи 27 ноября 1917 года была принята следующая резолюция: “Выражая волю населяющих Туркестан национальностей к самоопределению на началах, провозглашенных великой русской революцией, съезд объявляет Туркестан территориально-автономным в единении с Федеративной Российской Республикой, предоставляя установление форм автономии Туркестанскому Учредительному Собранию”. Причем съезд, как особо отмечается далее, “торжественно заявляет, что права населяющих Туркестан национальных меньшинств будут всемерно охраняться”.
После принятия этого решения в Коканде, Самарканде, Ташкенте, Фергане и др. городах прошли многотысячные митинги, поддерживающие автономию Туркестана.
ноября было определено название формирующемуся образованию - “Туркистон Мухторияти” (“Туркестанская Автономия”).
Структура власти, "Туркистон Мухторияти” выглядела следующим образом: до созыва Учредительного собрания вся полнота власти сосредотачивалась в руках Туркестанского Временного Совета (министров) и Туркестанского Народного (национального) Собрания (“Миллат Мажлиси”).
Из членов Временного Совета должно было быть сформировано правительство из 12 человек. В состав временного правительства вошли:
. Мухаммаджон Танишпаев - глава правительства, министр внутренних дел, член Государственный Думы второго созыва, инженер.
. Ислам Султан углы Шоахмедов (Шагиахмедов) - зам. главы правительства, член центрального комитета Всероссийского Мусульманского совета, юрист.
. Мустафа Чокаев - председатель центрального комитета Всетуркестанского Мусульманского совета, юрист.
. Убайдулла Ходжаев - военный министр, член ЦК Всероссийского Мусульманского совета, юрист.
. Юрали Агаев - министр водных и земельных ресурсов, агроном.
. Обиджон Махмудов - министр продовольствия, зам. председателя Кокандской городской думы, общественный деятель.
. Абдурахман Уразаев - зам. министра внутренных дел, юрист.
. Соломон Абрамович Герцфельд - министр финансов, юрист. (По другим источникам этот пост занял Ислам Шоахмедов).
В состав правительства вошли также доверенный фирмы Кноппа - Зигаль, один из богатейших людей Ферганы, хлопковой предприниматель Вадьяев и др.
Численность Туркестанского Временного Совета в 32 человека была определена по количеству ранее делегировавшихся депутатов от Туркестанского края во Всероссийское Учредительное собрание. В состав Национального Собрания (Миллат Мажлиси), численностью в 54 места, предполагалось включить 4 представителя от съезда городских самоуправлений и 18 мест в нем выделялось для представителей от различных краевых европейских организаций. Это означало, что одна треть мест выделялась европейской части населения, удельный вес которого в то время не превышал 7 % от общего числа жителей Туркестана.
В состав Национального Собрания вошли: 32 человека - от чрезвычайного общемусульманского съезда, 4 - от городских самоуправлений, остальные - от следующих организаций и национальных меньшинств Туркестана: железнодорожного Союза, почтово-телеграфного Союза, совета крестьянских депутатов, партии социалистов-революционеров, партии социалистов-демократов, совета солдатских и рабочих депутатов, казачьего круга, Союза служащих правительственных учреждений, Союза кооперативов, торгово-промышленного Союза, партии дашнакцутюн, еврейских организаций, “туземных" евреев, туркестанских украинцев, туркестанских поляков.
В состав Национального Собрания, избранного съездом, вошли: Убайдулла Ходжаев, Тошпулатбек Норбутабеков, Садриддинхон Шарифходжаев, Кунгирходжа Ходжинов, Исматулла Убайдулин, Саидносир Мирджалилов, Саид Сафарбой Саидов, Ислом Шоахмедов, Абдурахмон Уразаев, Хидоятбек Юрали Агаев, Носирхон Тура Камолхонтураев, Миродил Мирзаахмедов, Тошходжа Ашурходжаев, Абдулкадыр Кушбегиев, Обиджон Махмудов, Джамшидбой Курабеков, Соломон Абрамович Герцфельд, Абдусамад Абдусалимов, Убайдулла Дербисалин, Муса Акчурин, Мустафа Мансуров, М. Бехбудий, Ибрагим Долшин, Халил Ширинский, Толибджон Мусабеков, Алихонтура Шокирхонтураев, Собирджон Юсупов, Одилджон Умаров.
ноября съездом была принята специальная резолюция “О неприкосновенности и охране членов Временного Народного Совета и Временного Правительства Автономного Туркестана”. В ней указывалось: “Принимая во внимание, что 28.11.17 г. мусульманский народ в г. Коканде в присутствии всего состава съезда присягнул на верность Автономному Туркестану и поклялся жизнью своей постоять за избранников своих: 4-й чрезвычайный общемусульманский краевой съезд постановляет:
) Избранники съезда в числе 54 членов Народного Собрания и 12 членов Временного Правительства Автономного Туркестана объявляются совершенно неприкосновенными, никто из них не может быть подвергнут задержанию без согласия Собрания;
) Всякое насилие, направленное против кого-либо из них, рассматривается как вызов, брошенный всему 10-миллионному народу Туркестана;
) Охрану и защиту священной неприкосновенности своих избранников съезд отдаёт в руки самого народа”.
Объявление автономии Туркестана вызвало бурю радости в мусульманской среде края: отовсюду стали приходить приветственные телеграммы и письма; состоялись многочисленные митинги и манифестации. В местных газетах появились десятки статей, обращений, резолюций, посвященных этому событию.
В эти дни в самаркандской газете “Хуррият”, в частности, была опубликована статья крупнейшего идеолога младобухарского движения А. Фитрата, которая так и называлась - “Мухторият”. В ней Фитрат писал: “50 лет мы страдали, нас унижали, наши руки были связаны, рты закрыты, земли захвачены, имущество разграблено, честь оскорблена, достоинство ущемлено, наши права не признавались…, но мы терпели. ради одной потаённой и великой идеи - Автономии Туркестана! Однако мы должны помнить, что путь к реальной автономии не может лежать лишь через решения съездов. Они свою задачу выполнили. Теперь всё в руках нации.
Чтобы сохранить Автономию, нужна сила, нужны деньги., нация обязана предоставить всё это".
Объявление Туркестана автономным, безусловно, было событием, взбудоражившим всё общество. Невзирая на то, что реакция на это решение была неоднозначной, всё же большая часть населения Туркестана (и не только мусульманского) поддержала его.
Так, например, в резолюции от 7.12.17 г. Ташкентского грузинского общества по вопросу об автономии Туркестана говорилось:". общество от глубины всего сердца приветствует всё туземное население края за провозглашенную автономию Туркестана и желает, как родной брат по бывшему политическому несчастью, свободного развития края на началах индивидуальной, национальной культуры. грузинское общество, разделяя идею автономии как главного и единственного фактора национального развития, - находит необходимым, чтобы коренная мусульманская демократия не рвала связи со всей демократией, дабы в единении с ней закрепить завоёванные революцией позиции”.
Другая ташкентская организация - еврейская социал-демократическая партия “Поалей-Цион”, отмечала, что”. признавая, что свободная Россия возможна только на основе её децентрализации, стоя на точке самоопределения всех народов., приветствует в лице Туркестанского Временного правительства и Совета стремление мусульманского народа к самоорганизации на территориально-автономных началах, всецело поддерживает лозунг федеративно-республиканского государственного устройства национально-территориальных автономий с обеспечением интересов национальных меньшинств по персональному принципу”.
И 1 Всетуркестанский украинский съезд приветствовал "республику, которая не игнорирует интересы меньшинства.” Автономию поддержали также: партия социалистов-революционеров; Ташкентская организация “Бунд”; Ташкентский торгово-промышленный Союз; Ташкентская адвокатура; Ташкентский учительский Союз и др.
Отношение ташкентских мусульман к провозглашению автономии ещё раз было проявлено 6 декабря во время грандиозного митинга (присутствовало около 50 тыс. человек), который проходил в старом городе, во дворе мечети Джами. Митингующие присоединились к постановлению чрезвычайного Краевого мусульманского съезда - “О незаконности борьбы с демократическими организациями, выражающими волю народа”. Выступавшие на митинге резко осудили роспуск СНК городской Думы: “Недопустимо, чтобы гласные, избранные от имени 300 000 человек были разогнаны и заменены четырьмя, пятью комиссарами, выбранными в Александровском парке 700-800 рабочими и солдатами”. По мнению митингующих, “сближение мусульманских рабочих с большевиками отрицательно сказывается на интересах мусульман”.
Спустя неделю, 13 декабря (в день рождения пророка Мухаммада), “Шурои Исламия" организовала в Ташкенте манифестацию, на которой намечалось торжественно поддержать автономию. Ташкентские большевики, расценив манифестацию как “провокационное мероприятие”, задуманное “буржуазными националистами”, запретили проведение её в “русской” части города.
Манифестанты собирались возле шайхантаурской мечети. Над головами были подняты как красные, так и зелёные знамёна. Митинг открыл Мунаввар Кари. На митинге прозвучали недовольные речи в адрес большевиков. Кто-то из митингующих призвал освободить из тюрьмы бывшего военного комиссара Туркестанского комитета Временного правительства Доррера и полковника Бек-Иванова, а также захватить власть в городе. Часть демонстрантов, войдя в новый город, окружили тюрьму и выпустили Доррера и некоторых других заключенных. Освобожденные в сопровождении толпы направились в сторону Кауфманского парка (сквер). Когда красноармейцы попытались остановить толпу, из неё стали стрелять. В ответ послышалась оружейная, а затем и пулеметная стрельба. По официальной версии, было убито 16 человек.
Эти кровавые события оставили глубокий след в сердцах людей, у многих появилось серьезное основание увидеть в действиях большевиков знакомый почерк бывшей царской колониальной власти.
Сразу же после этого события Ф. Колесов, занимавший в то время пост председателя краевого Совнаркома, просил в телеграмме директив из центра. Сталин, выступая на заседании ВЦИК с докладом, отметил, что “областные центры, построенные по типу Совнаркомов, обращались в Совет Народных Комиссаров за директивами”. Совет Народных Комиссаров ответил: “Вы сами власть на местах, сами же должны выработать директивы”.
События 13 декабря не охладили устремления идеологов и организаторов “Кокандской автономии" легализовать формирующееся образование путем получения мандата от народа. Его, по планам автономистов, и должен был дать 1 Чрезвычайный съезд рабочих и солдатских депутатов-мусульман. Он был созван в Коканде 26 декабря 1917 года.
Краевые власти пытались повлиять на ход работы съезда. Большевик П.Г. Полторацкий, выступив на съезде, сказал: “Мы взяли власть из рук русской буржуазии не для того, что бы вручить её в руки мусульманской буржуазии”.
После принятия съездом резолюции о поддержке правительства “Кокандской автономии" была направлена телеграмма на имя Ленина следующего содержания:". просим Вас как высшую власть дать распоряжение Туркестанскому Совнаркому сдать краевую власть Временному правительству автономного Туркестана во избежание анархии, двоевластия, могущего привести Туркестан к катастрофе.".
В Ташкенте тогда же, в декабре 1917 г., когда события окончательно вышли из под контроля, было принято решение поручить П.Г. Полторацкому реквизировать все деньги на счетах “Туркестанской автономии”, а также лиц, поддерживающих её. Одновременно был осуществлен целый ряд акций, направленных против общественных организаций, печатных изданий, поднявших голос в защиту Временного правительства: распущена Ташкентская городская дума, закрыта газета “Туркестанский вестник”, запрещена деятельность самаркандской организации “Шурои Исламия”. Ещё во второй декаде декабря (18 декабря) были предприняты и более радикальные шаги: Исполком Ташсовета принял решение о снабжении оружием рабочих Коканда и организации там Красной гвардии.
Хотя и наблюдаются противоречия между “Туркестанской автономией" и краевым Совнаркомом, отчетливо прослеживается ее стремление наладить диалог с советами. Подтверждением тому может служить телеграмма, отправленная из Коканда в Ташкент еще в январе 1918 г. В ней сообщалось, что в Ташкенте предполагается мусульманский съезд и что инициаторы просят съезд советов отложить его до 25 января 1918 г., дабы получить возможность слиться с этим съездом, но Совнарком игнорировал эту телеграмму.
Краевые власти оказались в щекотливом положении. Это произошло в процессе работы, развернутый советским правительством по прекращению войны с Германией. Переговоры начались с оглашения знаменитой декларации, суть которой заключалась в том, что переговоры должны вестись на основе принципов, вытекающих из знаменитого декрета “О мире”.
В основу переговоров было положено 6 пунктов, в их числе и такой: “Национальным группам, не пользовавшимся политической самостоятельностью до войны гарантируется возможность свободно решить вопрос о своей принадлежности к тому или другому государству или своей государственной самостоятельности путем референдума”. В другом пункте указывалось: “По отношению к территориям, обитаемым несколькими национальностям, права меньшинств ограждаются специальным законом, обеспечивающим им культурно-национальную самостоятельность и при наличности фактической к тому возможности, административную автономию”. В одном из пунктов предусматривался вывод войск с данной территории.
Их вышесказанного видно, что сторонники автономии, приняв участие в работе съезда советов края, могли бы потребовать немедленной практической реализации этого и ряда других документов Центра, о которых они были хорошо осведомлены.
К этому времени внутри самого автономистского движения все более усиливались противоречия между лидерами, представляющими интересы различных социальных слоев и групп мусульманского населения. Прежнее противоборство между улемистами и шуроисламистами, несколько ослабленное в связи с объявлением Туркестанской автономии, снова всплыло на поверхность и стало представлять серьезную угрозу подрыва изнутри единства автономистского движения. И когда 13 декабря во время мирной демонстрации пролилась невинная кровь, участники митинга, созванного 5 января 1918 г. ташкентской организацией “Улема” выразили недоверие Временному правительству Автономного Туркестана. Решения митинга имели серьезные последствия: единство мусульманского населения оказалось под ударом. Усугубляющийся продовольственный кризис, содержание милиции, издание газет, содержание самого правительства все более обостряли финансовое положение. Выпущенный 30-миллионный заем не оправдал надежд. С ростом военных формирований расходы ещё более возросли.
С ростом вооруженных сил в правительстве Автономного Туркестана стали усиливаться позиции сторонников более решительных действий. Противостояние между новым городом, где власть находилась в руках Кокандского совета рабочих и солдатских депутатов, и старым городам, в котором были сосредоточены правительственная резиденция Автономного Туркестана, городские мусульманские организации, все более приобретало конфликтный характер.
В такой обстановке достаточно было малейшего повода для развязывания военных действий. В ночь на 30 января 1918 г. (по сторому стилю) неизвестными было спровоцировано нападение на крепость, телефонную станцию, здание Кокандского совета.
Уже 30 января (по старому стилю) в течение одного дня, были приведены в мобилизационную готовность силы Кокандского совета рабочих и солдатских депутатов; образован чрезвычайный орган Ревком, была запрошена помощь из Ташкента. В тот же день по приказу СНК в Коканд из Скобелева был отправлен новый отряд красногвардейцев с пулеметами и артиллерией, а уже на следующий день между ними и формированиями “автономистов" начались военные действия. Ферганская область была объявлена на осадном положении, ввиду чего было решено, что все граждане Скобелева от 18 до 45 лет, способные носить оружие, мобилизуются для охраны города. Эти граждане должны были ежедневно являться на 2 часа (с 10 до 12 утра) в свои районы для обучения военному делу; в случае неявки нарушители представали перед военно-революционным судом.
Сторонники автономии спешно искали выход. А на заседании Краевого совета рабочих, дехкан и солдат-мусульман, состоявшемся 31 января (по старому стилю), была принята резолюция, где говорилось, что, “ввиду выяснившейся несостоятельности и недопустимой инертности Временного правительства Автономного Туркестана, Краевой Совет воинов, рабочих и дехкан-мусульман единогласно постановил:
) подвергнуть Временное правительство аресту.2) принять всю полноту власти Краевому Совету воинов, рабочих и дехкан-мусульман;
) ввиду крайне возбужденного состояния мусульман как в Коканде, так и в окрестностях, и поголовного вооружения по случаю распространения слухов о бомбардировке старого города Коканда - назначить начальником милиции Чанышева, которому подчинить всю вооруженную милицию.4) просить военно-революционный комитет воздержаться от каких-либо активных выступлений, дабы предупредить объявление мусульманами по всему краю войны (газават) ”.
В результате неудачных действий, бесполезных переговоров и усилившегося в связи с этим недовольства кабинет М. Чокаева ушел в отставку. Многие члены правительства покинули город. Оборону “автономии” взял на себя начальник кокандской милиции и бывший ссыльный Иргаш.
февраля (по старому стилю) в Скобелеве состоялось экстренное собрание представителей общественных организаций города, созванное Ревкомом, где присутствовавшие просили советы солдатских, рабочих и крестьянских депутатов “пойти на путь признания Автономного правительства и прекратить борьбу за власть”.
февраля (по старому стилю) на заседании Скобелевской городской думы и комитета общественных организаций (после доклада по вопросу о событиях в Фергане членов автономного правительства и Народного совета - Мир Одила Мир Ахмедова и Кушбегиева, а также председателя Ферганского областного совета мусульманских организаций Дадабаева) была принята резолюция, в которой отмечалось, что “Городская дума и Комитет общественных организаций г. Скобелева считают необходимым немедленно передать власть Автономному правительству Туркестана. До сконструирования органов власти на местах в Ферганской области учредить временный областной общественный Совет Ферганы". В состав Совета предлагалось включить всех присутствующих в Скобелеве членов Автономного правительства, а также: трех представителей от областного самоуправления; двух от общественных организаций; по одному - от областного совета солдатских и рабочих депутатов, от областных профессиональных рабочих союзов и от областных партийных организаций.
В резолюции говорилось, что Дума и Комитет общественных организаций полагают, что Автономное правительство немедленно приступит к организации своих органов власти в области, при конструировании которой общественный Совет Ферганы незамедлительно слагает свои полномочия. Исполнительный орган управления областью избирается областным Советом. Существующий штаб войск ликвидируется.
Однако все эти меры, видимо, уже не могли повернуть ход событий в пользу правительства Туркестанской автономии, руководимой М. Чокаевым.
Большевистский Ревком во главе с Е. Бабушкиным отверг сделанные “автономистами” предложения о создании объединенного органа для управления Кокандом и предъявил требования:
. Разоружить бандитские шайки “автономного правительства”, вооружение передать Ревкому.
. Выдать Ревкому вдохновителей “автономного правительства”.
Эти требования были, естественно, не приняты; военные действия продолжались. Но плохо вооруженным и плохо обученным отрядам “автономистов”, несмотря на проявляемое ими мужество в боях с неравным противником, никак не удавалось взять Кокандскую крепость и тем самым решить, как им казалось, исход противостояния. Бомбардировка старой части города Коканда, которая велась уже несколько дней усугубляла ситуацию.
К концу февраля 1918 г. штаб “революционных войск" телеграфировал в Ташкент о разгроме отрядов Иргаша, ликвидации “конрреволюционного" автономного правительства и установлении “порядка” в Коканде. Чуть позже такая же телеграмма была отправлена в Москву.
В область прибыли дополнительные воинские подразделения для пресечения “конрреволюционной деятельности” бежавших в Скобелев членов “автономного правительства" и их сторонников. По решению СНК Туркестанского края все руководители “Туркестанской автономии" были объявлены вне закона, а их имущество конфисковано. Отдельным постановлением был создан “военно-революционный суд" для разбора дел лиц, обвинявшихся в поддержке “Кокандской автономии”.
После погрома, устроенного большевиками, в городе древней культуры не осталось ни одного неповрежденного дома. С помощью оружия была прекращена попытка местных демократических сил построить демократическое общество.
Из трагических событий, связанных с Туркестанской автономией, в Коканде в конце 1917 - начале 1918 гг. можно было сделать вывод, что акт устранения, совершенный советским режимом в отношении Туркистон Мухторияти предостерегал, чтобы больше никто и нигде в Туркестане не смел организовывать автономии без согласия центра. Важно отметить, что после разгрома Туркистон Мухторияти, такая же участь постигла и правительство Алашской Автономии, образованной казахскими национал-демократами в декабре 1917 г. в Оренбурге. Следовательно, свержение правительства Туркистон Мухторияти было воспринято туркестанцами как новое свидетельство агрессивных планов России в отношении Туркестана, и они с оружием в руках поднялись на защиту своей Родины от завоевателей. Тем самым было положено начало массовому движению в Туркестане под названием “Истиклолчилар харакати”.
С разгромом Туркистон Мухторияти закончился мирный этап развития национального сопротивления и было положено начало массовому вооруженному антибольшевистскому и антиколониальному движению в Туркестане.
Характер этого движения, представляющего собой продолжение традиций национально-освободительной борьбы, был ярко выражен в политических требованиях того времени: “За свободу Туркестана от России”, “За Туркестан без притеснителей”, “Туркестан-туркестанцам”.

III. Начало борьбы за свободу движение “истиклолчилар харакати”

В истории борьбы Туркестана за освобождение особое значение имеет “басмаческое” движение, которое не может интерпретироваться как очередное восстание, но есть вооруженная война нации против советской власти. Коммунисты, используя слово “басмачи” в своей контрпропаганде, вкладывали в него значение “разбойники”. Между тем басмаческое движение представляет собой продолжение традиций национально - освободительной борьбы против России и против диктатуры пролетариата постольку, поскольку советская диктатура лишь по-другому формулирует основные цели России. Одним из основных требований басмачей в их схватке с большевизмом было создание национального государства.
Советы первыми совершили агрессию против правительства Кокандской Автономии, развязали военные действия против города и вынудили тем самым Эргаша курбаши - шефа Кокандской полиции - предпринять действия по защите города. После того, как Красная армия под предводительством Е.Ю. Бабушкина 5.02.1917г. захватила крепость и ж/д, Эргаш курбаши был вытеснен из города и вынужден продолжать борьбу в его окрестностях. Именно эти защитники правительства Кокандской Автономии явились предтечей политического басмаческого движения.
Политические предпосылки возникновения басмаческого движения признаются и советской литературой, но при этом отбрасывается национальная подоплека. Многие бывшие советские авторы в своем отрицании политизированности заходят так далеко, что отказываются признать за этим движением даже национальный характер.
После ликвидации Туркестанской Автономии комиссариаты издают декрет, которым предписывается полная сдача Советам всего хлопка без остатка. Не подчиняющиеся указаниям декрета расстреливались. Колесов разрешил своим солдатам так называемую торговлю. Частные владения разворовывались красноармейцами. Согласно приказу, конфискации производились в пользу Красной Армии. Конфискации и грабежи породили невиданный голод и нищету.5 марта 1918 г. появился декрет, согласно которому вся маслобойная промышленность национализировалась. В кротчайшие сроки 274 частные маслобойни перешли в государственные руки. С установлением государственных цен цена хлопка упала в три раза, а цены на хлеб возросли. В результате этого в 1918 г. без работы осталось 400 000 дехкан. Бывшие крестьяне превратились в неимущие пролетарские массы, составляющие в некоторых районах Ферганской долины уже 30% дееспособного населения. Наряду с политическими причинами, возникновению басмачества способствовал и экономический хаос. В то время как ряды басмачей пополнялись за счет безработных дехкан, духовенство бросило в массы лозунг: “Защитим шариат! ” И хотя в декабре 1917 г. советские комиссариаты издают декрет, объявляющий недействующими законы шариата на территории Туркестана, все сословия народа подымаются на вооруженную борьбу с советским владычеством.
После того как шеф Кокандской полиции Эргаш курбаши оставил город и продолжал боевые действия в его окрестностях, шеф Маргеланской полиции Махмуд Амин-бек Ахмед-бек (Мадамин) 20 февраля 1918 г. также начал военные операции против советов. Он апеллировал прежде всего к крестьянам, говоря: “Наша борьба против русских ведется во имя спасения дехкан и защиты их земель”.
Таким образом, начало басмаческому движению было положено Эргашем курбаши и Мадаминбеком. Их последователями стали Холходжа из г. Ош, Парпи курбаши из Андижана, Мухиддинбек из Навкенда, Аман Пахлавон из кишлака Хизробод близ Намангана, Шермухаммад и его брат Нурмухаммад из Гаиб-ота близ Маргелана, Данибек кади из Узгента и Рахманкулбек из Гуртепе близ Намангана. Все они к апрелю 1918 г. контролировали свои родные селения. В течение следующих месяцев контроль собственно над басмаческим движением все более сосредотачивался в руках Эргаша курбаши и Мадаминбека. К середине 1918 г. все поселения Ферганской охранялись басмаческими подразделениями.
Под предводительством Эргаша курбаши осенью 1918г. действовало 70 отрядов курбаши с численностью бойцов от 20 до 1 800 чел. в каждом. В октябре того же года войско Эргаша курбаши насчитывало 15 000 чел., а к концу года его численность возросла до 18 000 чел (в некоторых источниках - 20-24 тыс.), у Мадаминбека - 5 000, Шермухаммадбека - 6 000, Холходжи - 3 тыс., Амана Полвона - более 2 500, Парпи курбаши - 3 600, Мухиддинбека - 4 500, Нурмухаммадбека - 3 800, Джанибека - примерно 5 700 джигитов Таким образом, под началом 9 крупных предводителей в движении участвовало 52 200 человек.
Движение борцов за свободу в своем первом периоде подразделяется на 6 фаз.
Для первой фазы (02.1918 - 11.1919 гг.) характерны попытки Мадаминбека объединить разрозненные силы басмачей. Тогда же Эргаш курбаши объявил себя правителем мусульман (Амир-уль Муслимином) и “Защитником ислама”. После того как войска борцов за свободу вынудили регулярные части Красной Армии оставить многие населенные пункты Ферганы, Эргаш курбаши попытался перенять контроль над ними. Действовал он при этом исключительно примитивно. Во главе каждого вновь освобожденного селения он ставил старосту - бека из своего ближайшего окружения. Тот также, в свою очередь, отбирал себе помощников из своих солдат (аскеров). Мадаминбек действовал более мудро. Для начала отобрал около 12 000 джигитов и стал проводить усиленную военную подготовку. С этой целью он разыскал в Туркестане оседлых татар и башкир, что служили в свое время в царской армии, и привлек их в качестве наставников.29 сентября 1919 г. он созывает на съезд (курултай) представителей населения Ферганы и образует “Временное правительство Ферганы. ”
После перехода в конце 1918г. общего руководства движением К Мадаминбеку, Эргаш курбаши и некоторые его крупные курбаши отказались подчиняться новому руководителю. К началу 1919г. в Ферганской долине образовались два крупных центра движения Борцов за свободу. Первый центр - под руководством Мадаминбека, охватывал Скобелевский, Андижанский и Наманганский уезды. Резиденция Мадаминбека располагалась в селе Гарбуна Ташлакского района, недалеко от г. Маргелана. Численность воинского соединения Мадаминбека в феврале 1919 г. превышала 20 тыс. человек. Второй центр - под руководством Катта Эргаша, охватывал Кокандский уезд, ставка его располагалась в селе Бачкир Янгикурганской волости.
В то время как командиры борцов за свободу большей частью перешли в подчинение к Мадаминбеку и Эргашу, некоторые из них, например, Ахунджан курбаши и Эшмухаммед курбаши, самостоятельно сражались против Красной Армии. Мадаминбек и Эргаш курбаши также не могли прийти к единству по многим вопросам. Ни один из них не был способен отказаться от единоличного первенства. Самым слабым звеном в этом движении было всегда руководство. Дело доходило до междоусобиц внутри самого движения. Реформисты поначалу никак не были представлены в движении, ибо единение с духовенством, которое вроде бы намечалось во времена Кокандской Автономии, было развалено из-за действий реакционного духовенства. Служители культа играли важную роль в движении борцов. В то время как Мадаминбек показал себя образованным, современно мыслящим человеком, с самого начала готовым к сотрудничеству с реформистами, Эргаш курбаши беспрекословно подчинялся установлениям клерикалов.
Для подавления движения советское правительство использовало поначалу исключительно военные методы. В отвоеванных у басмачей кишлаках устанавливался режим террора, развязывались репрессии против мирного населения.
Весной 1918г. под командованием Фрунзе - русского, родившегося в г. Пишпеке, - был образован фронт, известный в дальнейшем под названием “Туркфронта”. В Фергану советы послали три дивизии: одну под командованием Сафонова, другую - Морозова и третью - под командованием Зиновьева. Кроме того, из местных, оседлых русских и казаков были сформированы еще две дивизии. Одной их них было поручено вести операции по всей области. Другой дивизии вменялось в обязанность “восстановление безопасности” в отвоеванных кишлаках.
Советам удалось, используя голод среди немецких и австрийских военнопленных, склонить их к службе в Красной Армии. Примерно 90 000 хорошо обученных и опытных немецких и австрийских солдат были брошены против басмачей на Ашхабадском фронте.
Несмотря на прибытие все новых и новых советских войск, борцы за свободу сражались храбро и успешно.29 февраля 1919г. в г. Асака Эргаш курбаши и его 8 000 джигитов поклялись на Коране воевать с большевиками до последней капли крови. Сам он пал в бою за г. Маргелан летом 1919г. Его приемник Холходжа 22 августа 1919г. примкнул со своими джигитами к войскам Мадаминбека.
После гибели Эргаша курбаши руководство движением борцов за свободу перешло к Мадаминбеку.1.11.1919г. войска Холходжи концентрировались близь Джелалабада для того, чтобы наладить связь с областями Восточного Туркестана. Между тем, власть в населенных пунктах, откуда были выбиты красноармейцы, по приказу Мадаминбека передавалась выборным народным представителям. К так называемой “рабоче-крестьянской армии" (кулацкой - по характеристике властей и советских историков) Мадаминбек обратился с предложением приступить к заготовке хлеба на предстоящую зиму совместно с басмачами. К тому времени “рабоче-крестьянская армия" была уже глубоко деморализована. Еще 22 августа 1919 г. ее военный совет принял решение, согласно которому советскому правительству выдвигались требования обеспечить солдат правом свободы выбора работы, свободы передвижения, торговли, образования. Требовалась также отмена особых отделов в армии, военных трибуналов и монополии на хлеб. Главнокомандующий Ферганским фронтом отказался гарантировать подобные права. Напротив, 27 августа Мадаминбек извещает военный совет “рабоче-крестьянской армии" о том, что он готов уважать их требования в том случае, если солдаты начнут борьбу против большевизма. “Рабоче-крестьянская армия" согласилась на эти условия и присоединилась к движению борцов за свободу. Всего в “рабоче-крестьянской армии" под командованием казачьего генерала Муханова было более 8 000 человек.
.09.1919г. после поражения генерала Дутова на оренбургском направлении, Красная Армия, действовавшая в Туркестане получила крупное подкрепление и сумела 26 сентября захватить г. Ош, а 30 сентября - Джелалабад. К тому времени относится воззвание Мадаминбека к народу начать газават против неверных. До этого момента военные операции советов в Туркестане не отличались особыми успехами.
Вторая фаза движения борцов за свободу (ноябрь 1919-август 1920г. г.) характеризуется падением боевого духа в его рядах. Так называемая “Турк-комиссия” издала рекомендации больше доверять крестьянам, ссужать их деньгами, а также готовить пропагандистов из туркестанцев. В декабре 1919г. в Фергану вступила бригада Акчурина. С одной стороны, эта татарская бригада вела пропаганду, с другой - предпринимала военные экспедиции против басмачей. Командир бывшей “рабоче-крестьянской армии" Монстров, дослужившийся до заместителя Мадаминбека, 12 января 1920г. вступил, тем не менее, в сепаратные переговоры о приращении огня с советами. Он аргументировал свой шаг тем, что движение борцов за свободу направлено против русских и называет себя “армией мусульман”. Монстров выдвинул условия: его армия не должна быть разоружена, солдаты должны иметь определенные преимущества, если будут использоваться против басмачей.17 января 1920г. представитель “военно-революционного совета” г. Ташкента Брегадзе принял условия Монстрова. Несмотря на измену “рабоче-крестьянской армии”, Мадаминбек продолжал борьбу. Но голод, разразившийся в Долине, вследствие военных действий, заставил некоторых командиров басмаческих соединений заключить соглашение о прекращении огня с местными советами.
февраля 1920г. Красная Армия начала наступление против войск Мадаминбека. Одновременно, с целью морального разложения движения, Красная Армия начала мирные переговоры с другими вождями басмачей, такими, как Исматкул, Холходжа, Аман Пахлавон. Советские мирные предложения гласили:
. Каждый отдельный руководитель басмаческого движения сохраняет за собой территорию, которую уже занял.
. В его распоряжении остаются его люди и оружие.
. Там, где власть принадлежит басмачам, советские органы не создаются.
. Басмаческие командиры пользуются правами советского командира бригады.
Мадаминбек тоже пошел на эти переговоры, ибо надеялся на паузу в войне. Он нуждался в ней для укрепления своих сил.7 марта 1920 между Мадаминбеком и советскими уполномоченными был заключен следующий договор: Мы нижеподписавшиеся, Веревкин - Рохольский, начальник 2-го туркестанского дивизиона, с одной стороны, а также Мадаминбек, верховный главнокомандующий мусульманскими войсками, с другой стороны, пришли к соглашению следующего содержания: Я, Мадаминбек, признаю советское правительство и перехожу в его распоряжение со всеми моими солдатами, курбаши и командирами.
Признаю и обязуюсь исполнять следующие пункты соглашения:
. Советское правительство констатирует, что все туркестанские повстанцы, которые взялись за оружие во имя защиты угнетенных, действовали как истинные мусульмане, подчиняющиеся шариату, а по сему не подлежат наказанию.
. Постоянным местопребыванием моих подразделений определяется г. Наманган.
. Я обязуюсь защищать настоящую советскую власть в Ферганской долине всеми средствами от всех внешних и внутренних врагов; не преступать со своими войсками границ Ферганской долины.
. Всем русским, находящимся на службе в моих войсках, объявляется полная амнистия; им предоставляется право по желанию остаться в будущем в рядах моих войск.
. Я остаюсь здесь не далее, как до 21 марта с. г. После публичного признания военным советом я направляюсь в г. Ташкент.
Мирный договор между советами и Мадаминбеком породил сомнения в рядах борцов за свободу. Национальные круги Туркестана по разному оценивали этот шаг Мадаминбека. Одни утверждали, что Мадаминбек совершил предательство, по мнению же других, он действовал по заданию национальных кругов.
Разумеется, это перемирие рассматривалось советами лишь в качестве предварительного условия. После прибытия Мадаминбека в г. Ташкент советское правительство сделало попытку использовать его войска против других национальных военных формирований в качестве своего рода “советских басмачей”. Последние, однако, отказались воевать против своих земляков.
Уже после того, как Мадаминбек подписал мирный договор, один из его курбаши, Шермухаммадбек, отказался подчиниться и провозгласил себя главнокомандующим.14 мая 1920г. Мадаминбек, по совету красных командиров, посылает к Шермухаммадбеку своего представителя для переговоров. Однако его посланец был схвачен в Уч-кургане и расстрелян как советский шпион. После его устранения сам Мадаминбек исчез. Советы поспешили объявить о том, что он примкнул к басмаческому движению. В свою очередь, лидеры басмачей, их тех, кто подписал с советами мирный договор, как, например, Исламкул, утверждали, что Мадаминбек был расстрелян советами. Красная Армия издала приказ разоружить те формирования, что заключили с советским правительством мирный договор. Это вызвало у них возмущение, вновь начинается вооруженная борьба против советской власти.
Для того, чтобы обеспечить Красную Армию хлебом, Советы начали компанию по принудительным поставкам продовольствия в Красную Армию, - так называемую “продразверстку”. Применялись исключительно жестокие меры. У населения отбирался последний кусок хлеба.
Были закрыты религиозные школы и запрещена деятельность казиев. Были конфискованы вакуфные земли. Это дало повод к еще более масштабным выступлениям против советской власти. На втором этапе борьбы силы борцов за свободу вновь консолидировались. Обе стороны вели на этом этапе “тактическую игру”, обе стороны готовились к предстоящему генеральному наступлению.
Третья фаза (сентябрь 1920 - сентябрь 1921 гг.) характеризуется усилением советской власти в городах и концентрацией военных сил борцов по кишлакам. В этот же период возникает басмаческое движение в Бухаре.
В Ферганской долине силами борцов удалось занять или вывести из строя все ж/д линии. Тем самым началось наступление басмаческих сил против Красной Армии. Хотя атакам подвергались места скопления сил противника, Красной Армии удалось сохранить контроль над всеми городами Ферганской долины, кроме Маргелана, Намангана и Андижана. Ферганские кишлаки вплоть до конца 1921г. продолжали оставаться в руках борцов. Пути подвоза сельскохозяйственной продукции в города из кишлаков были перерезаны. Население вынуждено было покидать города и переселяться в деревни. Осенью 1921г. басмаческие подразделения вновь начали наступления на города. На этот раз были взяты Чуст и Коканд. В Фергане, Оше и Джелалабаде красноармейцам удалось удержать только крепости. Дабы воспрепятствовать “великому наступлению" басмачей, Красная Армия делала все, чтобы не допустить связи и обмена информацией между курбаши. При этом определенную роль сыграли некоторые из туркестанцев, например, Абдулла Карим-угли, которые поставляли Советам сведения и облегчали тем самым будущее контрнаступление Красной Армии. Успешные боевые операции борцов за свободу вынудили Советы вновь обратиться к руководителям басмаческого движения с предложениями о мирных переговорах. Лидеры басмаческого движения были единодушны в том, что бы заключить мир с Советами, однако выдвинули условие: оружие должно оставаться в руках их джигитов.15 августа 1921г. “военно - революционный совет" издает распоряжение идти на мирные переговоры с басмачами только в том случае, если они согласны разоружиться. Такое условие было категорически отклонено всеми курбаши. В сентябре в Ферганской долине соединились две советские дивизии: одна-из Самары, другая - из Казани. Таким образом, Красная Армия усиливала свою военную мощь. Тем не менее прорвать защитную линию, выстроенную курбаши Мухиддинбеком в сентябре 1921 г., не удалось.12 сентября советское правительство отослало распоряжение Низам Ходжи, председателя Центрального Комитета советского Туркестана, к главнокомандующему войсками борцов за свободу Шермухаммадбеку о начале мирных переговоров на советских условиях. Шермухаммадбек отклонил это предложение. Безрезультатно закончились так же попытки склонить Шермухаммада к переговорам, предпринятые в сентябре 1921г. заместителем главнокомандующего частями Красной Армии в Фергане Зиновьевым.
Между тем, советы создали так называемую “красную милицию”, ряды которой были укомплектованы туркестанцами. “Красная милиция" была хорошо вооружена и использовалась против борцов за свободу. Подобные мероприятия противника существенно осложняли операции, предпринимаемые басмаческим и подразделениями. Большинство джигитов басмачей было вынуждено скрываться среди населения, в то время как их оружие было надежно спрятано в горах.
Для четвертой фазы (ноябрь 1921г. - август 1922г.) характерно новое отношение советов к населению и новый подъём движения борцов за свободу после прибытия в Бухару Энвера-паши. Изменяя тактику своих действий по отношению к населению, советское правительство стремилось к моральному разложению басмаческого движения.23 декабря 1921г. был издан декрет “О возвращении законов шариата”. При этом прекращалось действие декрета от 2 августа 1919г., который ставил исламскую правовую систему в зависимость от “пролетарского толкования законов”. Казии получали свободу действия, вновь открывались религиозные школы, возвращалось экспроприированное имущество мечетей, разрешалось занятие торговлей частным лицам. Дехкане получили семена для посевов, а также беспроцентные кредиты под урожай. С другой стороны, правительство делало все для разъединения военных формирование Борцов, натравливало их друг на друга. Сжигались мечети, и советские агенты распространяли слухи, что поджог-дело рук киргизских басмачей. Угонялся или творился скот киргизов, тотчас распространялись слухи, будто сделали это узбекские басмачи. Подобным образом обходились и с курбашами. Последние правили принадлежащими им областями. Каждый курбаши имели право беспрепятственно пересекать местность, в которой правил другой курбаши, но не смел без предварительного согласования развязывать там боевых действий. Советское правительство, действуя через своих агентов, поджигало дома, похищало людей, убивало священнослужителей, развешивало в мечетях портреты Ленина, воровало оттуда ценные предметы культовой утвари. Затем агенты распространяли слухи о том, что все это сделано реформистами - джадидами. Таким образом, население настраивалось против курбаши. Подобного рода пропагандистские действия Советов продолжались до августа 1922г. В результате, например, Мухиддинбек, верховный главнокомандующий войсками борцов за свободу в Ферганской долине, который был киргизом, стал окружать себя исключительно киргизами, в то время как его заместитель, Исраил курбаши, при наборе новобранцев стал отдавать предпочтение узбекам. Единство было разрушено, и Шермухаммадбеку, вернувшемуся из Бухары 12 февраля 1922г. восстановить его не удалось. В марте 1922г. советское правительство издало указ не вступать в мирные переговоры с басмачами ни под каким предлогом, но повсеместно вынуждать их капитулировать посредством военных действий.
июня 1922г. началось комбинированное наступление Красной Армии. В Фергану прибывает Троцкий, возглавивший его. Подразделения борцов за свободу Туркестана также перешли к тотальному методу ведения войны. Заняв какой-либо населенный пункт, они расстреливали всех чиновников от советской власти, особенно комиссаров. Напротив, советские специалисты - ирригаторы могли спокойно продолжать работу, им гарантировалась неприкосновенность.
В Ферганской долине большевикам удалось достичь определенных успехов. В апреле 1922г. мирный договор с Красной Армией заключил Джанибек-кази. Его подразделения были переименованы в “территориальный полк” и получили резиденцию в Нарын Тале. Бывший главнокомандующий войсками басмачей Мухиддинбек был оттеснен к Алайским горам, затем арестован красноармейцами и расстрелян 23 сентября в Андижане. Операциям борцов препятствовал также голод, разразившийся в долине.
Пятая фаза (сентябрь 1922 г. - июнь 1923г.) басмаческого движения особо характеризуется усилением разногласий между басмаческими формированиями. Тогда же Советам удалось перетянуть на свою сторону дехкан. В октябре 1922г. советское правительство издало указ, согласно которому плененные джигиты-басмачи и курбаши представали отныне не перед военно-полевыми судами, а непосредственно перед революционным трибуналом. Исключение не делалось и для тех, кто добровольно сдал оружие.
Реакция басмачества была резкой: указ их ожесточил. Теперь ни один курбаши не верил “мирным предложениям” Советов.
Советское правительство продолжало блокировать города, из кишлаков не поступало хлеба. Население кишлаков большей частью поддерживало басмачей. К весне 1923г. хлеб повсеместно был уже потреблен. Кроме того, у крестьян не было посевного материала. В этих условиях в конце марта 1923 г. советское правительство разрешило транспортировку товаров между городом и селом, приостановленную год назад. Далее дехканам было сделано предложение снабдить их хлебом, семенами и сельскохозяйственным инвентарем с условием, что они тотчас начинают возделывать землю под хлопок, и обязуются употреблять советские поставки зерна лишь для собственных нужд. Голод, нужда в хлебе заставили дехкан возделывать хлопок. Снабжение продовольствием басмаческих формирований по существу прекратилось. У курбаши не осталось иного способа, кроме принуждения населения для того, чтобы добывать себе пропитание. Но дехкане сами находились в крайне стесненном положении, и единство народа с басмачеством было нарушено. Те курбаши, что еще сохраняли влияние среди населения, отказались делиться продовольствием с другими курбашами. Нехватка провианта привела к расколу самой мощной басмаческой группировки Исламкула. Теперь в Намангане и его окрестностях военные операции проводились частями Мадали курбаши (киргиза) и Мадимар курбаши (таджика). Несмотря на глубокий кризис, охвативший движение борцов за свободу, Красной Армии не удавалось установить свою власть в округах Намангана и Коканда.
Шестая фаза (июнь 1923г. - декабрь 1923г.) отмечена победой Красной Армии. В начале июня 1923г. в Туркестан прибыли верховный главнокомандующий вооруженными силами советской России Каменев и представитель Московского “военно-революционного совета” Зафесов. Совместно с командующим Туркестанским фронтом М. Фрунзе они выработали оперативный план действий. План этот предусматривал:
) засылку красноармейских подразделений во все населенные пункты;
) воздушные атаки;
) создание военных советов в каждом округе;
) единый день наступления для всех красноармейских подразделений;
) применение против басмачей отравляющих газов.
июня 1923 г., согласно плану, Красная Армия повела наступление на три главных центра басмаческого движения: Андижан, Наманган и Маргелан. Эта судьбоносная битва закончилась победой Красной Армии.17 августа 1923г. после 67 - дневной осады, города пали. Разрозненным группам басмачей удалось скрыться в горах, очень многие были пленены красноармейцами.

IV. Ликвидация хивинского ханства и бухарского эмирата

Не менее драматические и трагические событии, завершившиеся крушением монархических режимов, переживали во втором десятилетии ХХ столетия и народы других государственных объединений Средней Азии - Бухарского эмирата и Хивинского ханства.
Февральская революция 1917 г. нашла отклик среди рабочих Новой Бухары, Чарджуя, Темеза и Керки. По примеру Москвы и Петрограда, рабочие ж/д мастерских, маслобойных и хлопкоочистительных заводов Бухарского ханства образовали советы рабочих и солдатских депутатов в названных городах.
Известие о свержении в Петрограде власти царизма было получено в Бухаре 6 марта 1917 г. Политический агент А.Я. Миллер стремился не допускать в первые дни революции политических выступлений народных масс в Бухаре. Он призывал население “поддерживать полнейшее спокойствие и порядок”. Тем не менее 7 марта 1917 г. в Новой Бухаре состоялось многолюдное собрание, на котором рабочие потребовали объяснений от политического агента, как думает Временное правительство бороться с разрухой, какие мероприятия намечаются для спасения населения от голода.
Еще под влиянием революционного движения 1905-1907 гг. в России и младотурецкой революции 1908 г. в Хивинском ханстве и Бухарском эмирате на политическую сцену выходят силы, заявившие, хотя еще и не столь решительно, о своей приверженности реформированию общества. Джадидизм Бухары и Хивы, возникнув одновременно с джадидизмом Туркестана как культурно-просветительское течение, в этот период приобретает политическую окраску.
В предреволюционный период бухарские джадиды, лидерами которых были А. Фитрат, Абдувохид Бурханов, Усман Ходжаев, в начале своей деятельности открывали новометодные школы, где обучались дети как неимущих, так и имущих людей. Вокруг этих школ объединялись те, кто критически относился к существующему строю. Они вели пропаганду, направленную против невежества и фанатизма духовенства, разоблачали произвол и злоупотребления эмира и его чиновников, выдвигали идеи упорядочения управления и сбора налогов, ограничения произвола и беззакония, совершаемых местными правителями, выступали за введение хотя бы каких-нибудь правовых гарантий, необходимых для нормального функционирования хозяйственной жизни страны, за ослабление цензурного гнета.
Особое внимание джадиды уделяли подготовке кадров через учебные заведения мусульманских центров, таких как Оренбург, Казань, Уфа, Константинополь и даже занимались сбором средств. В этом деле значительную роль сыграли их сторонники из имущих слоев общества.
Важнейшим направлением деятельности джадидов была печатная пропаганда своих идей. Они организовали товарищество “Маърифат”, которое занималось выпуском учебников на узбекском и таджикском языках, издавали газеты “Бухорои Шариф" (Священная Бухара) на таджикском языке и “Турон” на узбекском языке, открыли книжные магазины, общественные библиотеки.
Политическим идеалом более радикальных элементов джадидизма, называвших себя по аналогии с младотурками “младобухарцами" и “младохивинцами”, была Турция с её конституцией, народным образованием и уважением к исламу. В тактике они оставались умеренными реформистами. Их конечной целью была конституционная монархия, они добивались реформ в рамках существующего строя. Но даже эти умеренные требования встречали яростное сопротивление, сурово подавлялись. Младобухарцы и младохивинцы вынуждены были действовать в нелегальных условиях, уйдя в глубокое подполье.
С воодушевлением в Бухаре была воспринята весть о Февральской революции в России. После Февральской революции младобухарцы стали открыто выступать против неограниченной власти эмира. В этот период их политическая программа сводилась к следующему: создание представительного органа при эмире и беках; улучшение администрации и установление контроля над нею представителей народа; отмена налогов, не предусмотренных шариатом; предоставление народу свободы школ и печати; смена отдельных наиболее фанатичных и реакционных должностных лиц.
Несмотря на усиление эмирских репрессий, младобухарцы продолжали свою деятельность. Их усилия были направлены на решение двух задач: выработка практической программы; определение методов работы среди населения с целью наибольшего привлечения в организацию сторонников, кустарей, солдат и, по возможности, дехкан.
Сразу же после февральской революции 14 марта 1917г. лидер младо - бухарцев А. Фитрат вместе со своими соратником Юлдашевым направили поздравительную телеграмму в адрес Временного правительства, в которой обратились с просьбой оказать содействие в проведении политических реформ в Бухарском эмирате.
В своем ответе МИД России одобрил идею реформирования общественного устройства ханств сверху, по инициативе самих правителей. Но вместе с тем сообщение в телеграмме о позиции А. Керенского, считавшего "присоединение обоих ханств возможным", свидетельствовало о том, что у демократического Временного правительства не было единства взглядов относительно дальнейших судеб среднеазиатских ханств. Тем не менее на этом этапе под давлением России правители ханств согласились пойти на уступку реформистским силам.
апреля 1917г. в Хивинском ханстве был обнародован манифест. По нему власть ограничивалась меджлисом (парламентом), избиравшемся из представителей духовенства и буржуазии, и Советом назиров (министров). Правительство и меджлис возглавляли младохивинцы, которые в установлении конституционной монархи видели исполнение своих реформаторских устремлений.
апреля 1917г. бухарский эмир Сейид Алимхан подписал манифест о реформах, подготовленный российским резидентом Миллером. В нем эмир обещал упорядочение налоговой системы, учреждение государственного казначейства, установление справедливого правосудия, бюджета с точным исчислением прихода и расхода на государственные надобности, введение контроля над чиновниками с переводом их на государственное жалование, учреждение на выборных началах городского самоуправления, поощрение и содействие развитию промышленности, торговли, науки и образования.
Бухарские джадиды с воодушевлением восприняли провозглашение манифеста и решили в поддержку его провести демонстрацию. Однако, как было отмечено выше, позиции консервативных сил были настолько прочны в эмирате, что они вопреки политике Временного правительства и эмира, вынужденного действовать в соответствии с этой политикой, оказали стойкое сопротивление. Демонстрация была разогнана, и джадиды, спасаясь от преследований, вынуждены были бежать в Ташкент и Самарканд. Под давлением духовенства эмир Сейид Алимхан объявил об отмене манифеста. В изданном духовенством ривояте все сторонники реформ объявлялись вне закона.
Несколько позже, в июне 1917г., потерпели поражение и хивинские джадиды. По приказу Асфандиярхана были арестованы 17 наиболее видных младохивинцев, и на их место в меджлис были введены представители феодальной знати. Позже, в конце ноября 1917 г., хан разогнал меджлис вообще. Оставшиеся на свободе младохивинцы также укрылись на территории Туркестана.
Эти события оказали решающее воздействие на дальнейший ход политической жизни ханств. С одной стороны, консолидировались и активизировались силы, поддержавшие абсолютную монархию в ханствах, ужесточился сам монархический режим. С другой стороны, претерпело изменение и оппозиционное движение. С окончательной потерей иллюзий о возможности мирного реформирования общества часть джадидов, особенно его либеральное крыло, отходит от активной политической деятельности, другая часть - младобухарцы и младохивинцы - резко меняют свою тактику - опираясь на внешне-политические силы, они вступают на путь вооруженной борьбы.
После октябрьского переворота и установления советской власти в России и Туркестане резко изменилось внутриполитическое и внешнеполитическое положение среднеазиатских ханств. Неприязненное отношение к большевиками, отказ признать большевистское правительство Туркестана, открыто выраженное стремление правящих кругов ханств установить и упрочить дипломатические отношения с Афганистаном, Ираном и Англией явственно свидетельствовали о направленности их внешнеполитической ориентации. Отношения между Россией и советским Туркестаном со среднеазиатскими ханствами начали пре обретать явно конфронтационный характер. В ханствах четко определились курс на подготовку к войне с Россией.
Оба ханства встали на путь ускоренного наращивания военной мощи своих вооруженных сил: неоднократно проводились мобилизации в армию, скупалось оружие, для возмещения растущих расходов на военные нужды вводились новые налоги. К марту 1918г. в армии бухарского эмира насчитывалось более 40000 человек.
Тяжесть военного бремени, усугубленная нараставшим голодом, непомерным ростом цен на продукты питания, порождала нестабильность внутриполитической обстановки ханств. Недовольство населения, доведенного до отчаянного состояния, выливалось в бунты, восстания против правителей своих бекств. В Хивинском ханстве положение осложнялось обострявшимися межнациональными отношениями. Воспользовавшись этим, родоплеменные туркменские вожди развязали борьбу за господство в ханстве. Особенно она усилилась после возвращения в конце 1917г. в Хиву Джунаидхана.
Участник восстания 1916г., вынужденный эмигрировать из-за царских преследований, окруженный ореолом "борьба за независимость", Джунаидхан в сравнительно короткие сроки объединил недовольные господством хана разрозненные туркменские племена и их вождей. К началу 1918г. он располагал уже более чем полутора тысячами вооруженных всадников и представлял серьезную угрозу хивинскому хану. В связи с ухудшающимся внешнеполитическим положением Асфадиярхан пошел на компромисс. В январе 1918г. он через влиятельных ишанов и мулл приглашает его в Хиву для переговоров о совместном управлении страной и организации борьбы с большевиками.
После принесенной присяги Джунаидхан был назначен командующим войсками Хивинского ханства. И хотя Асфадиярхан продолжал оставаться на троне, однако вся полнота власти оказалось в руках Джунаидхана. Вскоре Асфадиярхан был тайно убит и при содействии Джунаидхана на престол был посажен дядя убитого хивинского хана безвольный Абдуллахан. Джунаидхан стал неограниченным правителем Хивинского ханства. Ярый противник советской власти, он развернул подготовку к войне против России и советского Туркестана.
Туркестанские правящие круги, столкнувшись с непримиримо-враждебной позицией правителей Бухары и Хивы, стремительным превращением их территорий в плацдарм всех антибольшевистских сил, не могли не осознавать нарастающую угрозу со стороны этих соседних государств. Не видя других реальных путей изменения политического курса среднеазиатских ханств, самостоятельность которых была признана еще Временным правительством, туркестанские большевики под прикрытием заботы о безопасности жизни гонимых оппозиционных сил выбрали путь грубого вмешательства во внутренние дела этих ханств, настоятельно добиваясь от их правителей реформирования своих обществ.
После октябрьского переворота младобухарцы создали Военный комитет и направили в г. Ташкент делегацию, которая заверила Совнарком Туркестана, что в Бухаре готовится массовое восстание и в нем могут принять участие "тридцать тысяч человек".
Предсовнаркома Туркестана Ф. Колесов принял решение помочь патриотическим силам Бухары и 28 февраля 1918г. с небольшим красногвардейским отрядам прибыл на ж/д станцию Новая Бухара.
В начале марта 1918г. Колесов и председатель Исполкома младо - бухарской партии обратились к эмиру с ультиматумом о подписании манифеста, в котором предполагалось: предоставить народу свободу слова, промысла, создания обществ; ликвидировать хищничество и тиранию; создать совещательный орган из членов Исполкома младобухарской партии; провести реформы в соответствии с программой партии младобухарцев и по указанию ее Исполнительного Комитета; отстранить от занимаемых должностей членов эмирского правительства и назначить на их место тех, которые будут указаны Исполнительным Комитетом; организовать управление на основе справедливости и шариата; отменить телесные наказания и смертную казнь, систему налогов "амляк" (налог, взимаемый с госземель, обрабатываемых дехканами) и "аминана" (сбор с вывозимых товаров и предметов местного производства).
После того, как эмир отверг эти требования, Колесов 2 марта отдал приказ красногвардейским отрядам и рабочим дружинам Новой Бухары о наступлении на Старую Бухару. Это наступление закончилось для Колесова полным поражением. На защиту Бухары вместе с эмирскими войсками встало вооруженное палками и кетменями население Бухары и близлежащих селений. Не выдержав мощного сопротивления, отряды Колесова начали отступать, преследуемые конницей эмира. И только помощь подоспевших дополнительных военных сил из Ташкента и Самарканда спасла Колесова от поражения и вынудила эмира пойти на заключение мира.25 марта 1918г. в Кизил-Тепе был заключен мир, получивший название "Кизилтепинское соглашение". Основные условия этого соглашения: уменьшение регулярной армии эмира до 12000 человек, выдача всех контрреволюционеров и белогвардейцев, скрывавшихся в Бухарском эмирате, обеспечение сохранности ж/д пути и телеграфа и т.д. - показали истинную сущность предпринятого советским правительством военного демарша. Он заключался в предупреждении бухарскому эмиру и предотвращении превращения Бухары в антибольшевистский плацдарм.
Подобное же соглашение советское правительство заключило и с Хивинским ханством.9 апреля 1919г. в г. Тахте, недалеко от Хивы, был подписан договор между РСФСР и Хивинским ханством, получивший название Тахтинского.
Вместе с тем эти события, особенно в Бухаре, еще раз показали крепость позиций монархического режима в среднеазиатских ханствах. Народные массы, выступая на его защиту от советского Туркестана, прежде всего отстаивали свое право на независимость и свободу образа жизни.
С лета 1919г. отношения между советами Туркестана и Бухарой и Хивой еще более обострились. Эмир Сейид Алимхан и Джунаидхан заключили военно-политический союз против советов. В ханствах была объявлена всеобщая мобилизация.
Крайком КПТ и ТурЦИК, добиваясь консолидации всех оппозиционных сил в Хивинском ханстве против хана, рекомендовал всем партийным работникам Петро-Александровска и хивинским коммунистам установить тесную связь с младо хивинцами и с оппозиционно настроенными к Джунаидхану туркменскими родоплеменными вождями и оказывать им всемерную поддержку в их борьбе против Джунаидхана. В ноябре 1919г. был заключен союз между этими силами. Представители соперничавших с Джунаидханом вождей крупных туркменских племен - Гочмамедхана и Гулямалихана - вошли вместе с коммунистами и младохивинцами в созданный в Турткуле революционный хивинский центр, поставивший своей целью развязывание борьбы за свержение хана и захват власти.
Развитие последующих событий в Хивинском ханстве явственно раскрывает направляющую руку Ташкента и Москвы. Уже 4 ноября уполномоченным Краевого Мусбюро КПТ Хасановым в 4 адреса (Комиссариат иностранных дел, Краевое Мусбюро КПТ, ТуркЦИК и Реввоенсовет Туркреспублики) направляется телеграмма о начале восстания в Хиве. В ней раскрывается истинная картина происходящих событий: "После нашей усиленной агитации, - начинается сообщение, - пролетариат Хивы восстал против Джунаидхана. Везде идут бои. К нам прибыла делегация, просит помощи. Положение серьезное. Упустив момент, можем проиграть, пропадет наша шестимесячная работа".
Ответные действия не замедлили сказаться.21 декабря 1919г. был издан приказ уполномоченного Реввоенсовета Туркреспублики Скалова о реорганизации войск хивинской группы и присланных штабом Туркфронта новых воинских частей. Это соединение получило новое название - "Амударьинская группа войск". Двумя днями позже, 23 декабря, новым приказом Скалова на эти войска была возложена задача оказания "помощи трудящимся Хивы от произвола Джунаидхана". Но военные действия были развернуты намного раньше. Северной отряд, ликвидировав восставшие казачьи отряды на территории Амударьинского отдела, 22 декабря переправился через Амударью и вступил на территорию Хивинского ханства. Продвигаясь на юг, войска этого отряда с боями занимали основные центры ханства: 29 декабря-Ходжейли, 9 января - Куня-Ургенч и Аман-Калу, 14 января - Порсу, 16 января - Ильялы, 18 января - Ташауз. К 19 января войска подошли к Газабаду. С юга, перейдя 24 декабря Амударью, начали развивать наступательные операции воинские подразделения Южного отряда.
Под напором этих войск джунаидские отряды отступили к Газабаду и Тахте. Здесь решено было дать последний бой Джунаидхану. Но, окруженный Северным и Южным отрядами и понесший большие потери в предыдущих боях, Джунаидхан не принял решающего сражения и с маленьким отрядом ушел в пески.20 января Тахта - главная ставка Джунаидхана - была занята войсками Красной армии, а 1 февраля войска вошли в Хиву.2 февраля 1920г. хан Сейид Абдулла отрекся от престола и передал всю власть Временному революционному правительству, состояшему из представителей всех групп, принимавших участие в свержении хивинской монархии.
Прикрывая роль советской венной экспансии в свержении государственного строя в соседнем государстве, руководители Туркестана, Турккомиссии и Туркфронта поспешили определить происшедшие события в Хиве как революционный переворот, народную революцию. Созванный 26 апреля 1920г. Всехорезмский курултай народных представителей провозгласил Хорезмскую Народную Советскую республику и принял ее конституцию. Курултай образовал правительство республики-Совет Народных Назиров, его председателем был избран один из лидеров младо - хивинцев - Палван-Нияз Юсупов, а заместителями - бывший преседатель Турткульского комитета младохивинцев Джуманияз Султанмурадов и предводитель одного из туркменских племен Гочмамедхан Сапиев. На посты назиров были также назначены наряду с коммунистами представители младо - хивинцев и туркестанские радоплеменные вожди. Таким образом младохивинцы и часть туркменских родоплеменных вождей с помощью советских вооруженных сил добились свержения монархического режима и захватили власть в свои руки.
По подобному же сценарию развивались события и в Бухарском эмирате. Нежелание эмира идти на компромисс с советами, неприемлемость им большевистского режима, усиленная подготовка к войне, предоставление убежища на своей территории всем антибольшевистским силам вызывали сильную озабоченность и тревогу советского руководства.
В первых числах августа 1920г. в телеграмме Ленину М. Фрунзе докладывал: "В отношении Бухары мыслимы две линии поведения:
) надежда на развитие революционного процесса в стране и ожидание этого момента;
) организация революции за счет сил извне". Первая линия им отметалась сразу, ибо в Бухаре "процесс внутреннего революционного развития совершается крайне медленно и может дать, если вообще только даст, результаты лишь в отдаленном будущем". А потому, писал он далее, "если считать необходимым скорейшую ликвидацию эмирата (в этом, я полагаю, разных взглядов быть не может), то остается второй путь, т.е. организация революции путем непосредственного участия наших сил".
Уже 10 августа 1920г. Политбюро ЦК РКП (б) приняло специальные директивы для Реввоенсовета Туркфронта по бухарскому вопросу. Хотя в них командование Трукфронта и предостерегалось от инциативы нападения на бухарскую территорию и на бухарские воинские части, однако содержавшийся в них четвертый пункт вполне соответствовал его планам: 4. "Замена подготовительных к обороне мероприятий наступлением по нашей инициативе может произойти лишь при наличии более или менее популярного бухарского революционного центра (хотя бы на нашей территории), призывающего нас к такому наступлению".
Руководство Турккомиссии, Туркфронта и КПТ восприняли директивы ЦК РКП (б) как одобрение своей идеи организации революции силами извне и незамедлительно приступили к реализации ее плана. Подготовка шла по выработанному ЦК РКП (б) сценарию. Призыв бухарцев о помощи в свержении бухарского эмира получить было не трудно. Это отвечало чаяниям эмигрантских кругов бухарской оппозиции всех политических направлений: младобухарцев-революционеров и бухарских коммунистов. И хотя руководство их партийных центров - Центральное бюро младобухарцев и ЦК компартии Бухары резко расходилось по многим программным и тактическим вопросам, однако враг у них был один - монархический режим эмирата. И потому Турккомиссии на заседании 3 августа удалось сравнительно легко добиться заключения блока бухарских коммунистов с младобухарской революционной организацией на условии обязательства последних "вступить официально в ряды коммунистической партии на другой же день после переворота в Бухаре".
Уже 16 августа 1920г. IV съезд КПБ, работавший в Чарджуе, признал наличие в Бухарском эмирате революционной ситуации, принял решение о низвержении эмирской власти и обратился к Турккомиссии с просьбой "о помощи в освобождении трудящихся масс Бухары от векового феодального гнета и эмирской деспотии". Для практического руководства так называемой бухарской революцией вскоре после съезда создается партийный центр в составе В.В. Куйбышева, председателя Центрального бюро младобухарцев - революционеров Ф. Ходжаева и председателя ЦК БКП Н. Хусаинова.28 августа 1920г. партийный центр переезжает из Ташкента в Новую Бухару. И когда 29 августа в старом Чарджуе удалось организовать выступление добровольческого отряда бухарских коммунистов, оно сразу же было объявлено начавшимся восстанием трудящихся масс, началом революции, и в адрес Турккомиссии снова была послана просьба о помощи.
Войска Туркфронта к этому времени уже находились в мобилизационной готовности.25 августа в 16 часов 40 минут Фрунзе телеграфировал Главнокомандующему всеми вооруженными силами республики С.С. Каменеву: "Время для разрешения вопроса значительно упущено. Предполагаю, что дело может быть при должной энергии разрешено в 2-х недельный срок. Приготовления частей производятся усиленным темпом. Предполагаю, что развитие событий можно ожидать к 25 августа". Телеграмма оканчивалась фразой: "Ожидаю Ваших указаний". В действительности в указаниях не было надобности, так как за 3 часа до отправки этого документа, в 13 часов 25 августа 1920г. войскам была отдана точная директива: "Бухарский народ восстал против своих поработителей…Для оказания революционной братской помощи бухарскому народу … с рассветом 29 августа начать активные действия".
По приказу все воинские формирования были сведены в несколько мощных групп: самаркандскую, катта-курганскую, кизил-тепинскую, каганскую, чарджуйскую. В соответствии с планом бухарской операции, разработанным Фрунзе, каждой ударной группе были поставлены четкие, расписанные по деталям задачи в боевых действиях. В дело были введены мощные бронепоезда, авиаотряды в составе боевой эскадрильи.
На рассвете 29 августа 1920г. в точном соответствии с директивой командования Туркфронта отряд туркменских всадников под командованием Куль-Муххаммада захватили старый Чарджуй и тамошнего бека. Сформированный тут же ревком немедленно, как и было условлено, запросил поддержку у командования Туркфронта. Началась Бухарская операция. Введение в действие этой мощной военной армады предрешило исход операции. Войска Туркфронта сравнительно легко выполнили поставленные задачи, и только под Бухарой они столкнулись с ожесточенным сопротивлением бухарских войск. Фрунзе вынужден был запросить штаб фронта о дополнительной помощи.
Бухара была подвергнута сильнейшему обстрелу. При штурме старой Бухары пострадало население и укрывшиеся в городе жители окрестных кишлаков. На третьи сутки непрерывного обстрела и бомбардировок на улицах старой Бухары, по свидетельству пленного, "убитых накопилась так много, что даже тела не успевали убирать".
Эмир со своими войсками покинул Бухару, чтобы предотвратить дальнейшие разрушения и гибель людей.2 сентября 1920г. войска Туркфронта вошли в Бухару.
Меры к созданию собственной бухарской армии принимались с первых дней существования Бухарской республики: 5 сентября 1920г. Туркфронт передал назирату военных дел 2 полка, батальон и артбатарею, чтобы затем набрать добровольцев и довести численность формируемой армии до состава бригады. Неудача в деле создания бухарской революционной армии наметилась с первых же дней. Поэтому участию "краснобухарских полков" в Бухарской операции было скромным: отряд Куль-Мухаммедова, закончив свою миссию в Чарджуе, вскоре "оказался разогнанным местными туркменами". А 1-й Восточный полк (300 бывших дезертиров эмирской армии) лишь осуществлял так называемую демонстрацию.
Уже 6 октября военный назир доложил, что добровольцев недостаточно для укомплектования армии.30 декабря Совет Назиров постановил призвать в армию 2000 человек. А 1 февраля 1921г. пришлось сформировать специальную Центральную комиссию по борьбе с дезертирством. Собственно, бухарская армия в середине 1921г. располагала одной бригадой, двумя полками и одной батареей-всего чуть более тысячи человек. Поэтому нет ничего предосудительного в том, что в Бухаре остались советские войска. В сентябре 1920г. там было около 20000 красноармейцев. Год спустя безопасность режима охраняли 1-я отдельная Туркестанская кавалерийская бригада и полк 1-й Туркестанкой стрелковой дивизии. В феврале-июне 1922г. в Бухару из внутренних военных округов РСФСР и Туркестанской республики были переброшены около 2 кавалерийских дивизий, 3 стрелковых бригад, 5 артеллерийских дивизионов, 4 бронепоезда, 3 бронеотряда и авиаэкскадрилья.
сентября 1920г. были созданы Всебухарский революционный комитет во главе с председателем Абдукадыром Мухиддиновым и правительство республики - Совет Народных Назиров Его председателем был назначен Ф. Ходжаев. он также был Назиром иностранных дел. В этом правительстве назиром просвещения был - К.Ю. Пулатов, земледелия - А. Муххиддинов, внутренних дел - М. Саиджанов, финансов - У. Пулатходжаев, госконтроля - Н. Хусаинов; председатель Чрезвычайной комиссии - Ю. Ибрагимов, назир юстиции - М. Бурханов, назир военных дел - Б. Шегабутдинов.
Средний возраст членов правительства составлял около 29 лет.
В октябре 1920г. был созван 1-й курултай народных представителей, где было объявлено о создании - Бухарской Народной Советской Республики. На 2-м курултае в сентябре 1921г. была принята конституции БНСР.

Вопросы

1.	Как изменилась политическая обстановка в Туркестане под воздействием Февральской демократической революции?
2.	Каковы цели и задачи политических партий, возникших в тот период?
3.	В чем заключается значение 1-го Всетуркестанского съезда мусульман?
4.	В чем причины поляризации политических сил Туркестана?
5.	Какой была общественно-политическая обстановка в Туркестане накануне октябрьского переворота?
6.	В чем заключались итоги и значение III Краевого съезда советов рабочих и солдатских депутатов, а также III Краевого мусульманского съезда?
7.	Какое историческое решение принял IV Чрезвычайный Краевой мусульманский съезд?
8.	В чем заключались противоречия между советами и Туркестанской Автономией?
9.	В чем суть разногласий во Временном правительстве Туркестанской Автономии?
10.	Почему была разгромлена Туркестанская автономия и каковы исторические последствия ее разгрома?
11.	Как восприняли органы советской власти вооруженное движение "Истиклолчилар харакати" в Туркестане?
12.	Каковы причины быстрого роста этого движения в Ферганской долине?
13.	Почему произошло слияние движения "истиклолчилар харакати" и "Крестьянской армии"?
14.	Как изменилась обстановка в Туркестане с началом работы Турккомиссии?
15.	Почему стало возможным установление военной диктатуры большевиков в Ферганской долине?
16.	Каковы предпосылки возникновения и развития движений за реформирование общества в Хиве и Бухаре?
17.	Каковы последствия взаимодействия большевиков России и оппозиционных сил Хивы и Бухары?
18.	Как складывались взаимоотношения между советами и официальной властью Бухары и Хивы?
19.	Как была свергнута власть в Хиве?
20.	Как была свергнута власть эмира в Бухаре?

Литература

1.	Жадидчилик: ислохот янгиланиш, мустакиллик ва тараккиёт учун кураш. (Туркистон ва Бухоро жадидчилиги тарихига янги чизгилар) /Даврий туплам №I. - Т.:: Университет, 1999.
2.	Касымов Ф. Эргашев Б. Дорогу выбрал курултай // Родина, 1989, № 11
.	Крушеницкий А. Диктатура по телеграфу // Там же.
.	Курбанов Д. Политическая борьба за национальную независимость в туркестане (1917-1924 гг.) - Автореф. канд. дисс… - Т., 1995.
.	Раджабов К. Истиклолчилик харакати в Ферганской долине: сущность и основные этапы развития. (1918 - 1920гг.). Автореф. канд. дисс… - Т., 1995.
.	Рашидов У. Бухоро босмачилари аслида ким эди /Мулокот, 1993, №II-12.
.	Семинюта В. Туркистонда 1917-1920 йиллардаги очарчилик // Инсон ва сиёсат, 1991, № 12.
.	Туркистон мустакиллиги ва бирлиги учун кураш сахифалардан / Сборник статей. - Т.: Фан, 1996.
.	Узбекистон тарихининг долзарб муаммоларига янги чизгилар / Даврий туплам, №2. - Т.: Шарк, 1999.
.	Хаит Б. Басмаческое движение // Звезда Востока, 1992, № 1.